Не выдержав, верховный правитель Российской империи снова взревел, заставив задребезжать стекла в окнах:

– Забыли, суки, кто коронован монархом? Так я – напомню... Вы у меня все вспомните... Где начальник Особого Отдела?

– Здесь, Ваше Императорское Величество!

– Берете в подмогу контрразведку и лично проверяете каждый наградной лист. От следствия седьмое делопроизводство отстранить, руководство – под арест! Коллежского асессора Шипилина – в одиночку! И если, не дай бог, помрет до того, как его вдумчиво допросят, все виновные на плаху отправятся!.. Доклад по результатам проверки – лично мне. Если окажется, что кого-то вписали по кумовству за Африканскую компанию, а не за пролитую кровь... Если хотя бы один из служивых не получит положенную награду за проявленную храбрость... Я вас всех, паскуд, на рудниках сгною. Вы у меня кровью умоетесь, как при прадеде моем, Станиславе Лютом. Давно опричнины не пробовали? Так я вам ее устрою...

Повернувшись к отпрянувшей челяди, Иван прорычал:

– Где это пугало ряженое? Где архиепископ Капитон?

Облаченного в золотые одежды старика вытолкнули вперед.

– Значит, некромант тебя не устроил, кочерыжка бородатая? Единственный ученик покойного Зевеке, наш собственный хранитель и защитник от Тьмы! А ты его – в петлю сунуть хочешь? И под локоть подталкиваешь, чтобы моими руками и побыстрее все устроить?! Сосед наш германский за бедолагу лично хлопочет, горы золота обещает, чтобы мальчишка в гости приехал и у него студентов поднатаскал, а мы его – в петлю?! Да вы ошалели здесь все, что ли?.. Князь. Это – твоя столица, твоя вотчина. Я возвращаюсь к себе. Через неделю жду с докладом. Если не разгребешь, то очень расстроюсь. Очень... Как мы докатились до того, что мне, императору, люди кровью заслуженные ордена и медали в лицо швыряют?!

Не обращая внимания на перепуганные лица вокруг, император стремительным шагом двинулся назад, к распахнутым дверям. Нагнав его, рядом пристроился брат Николай. Пропустив Романовых, личная охрана закрыла двери, оставив двух гренадер не пропускать никого следом. Гвардейцы стояли с мрачным видом, положив левые руки на рукояти тесаков.

Глашатай почесал бороду, покосился на закрытые двери и бухнул посохом:

– Прием закончен!

И потихоньку двинулся в противоположный конец зала, вслед за ушедшими со скандалом офицерами. Следом потянулись молчаливые чиновники и разнообразные “очень важные лица”.

Отойдя в угол, задумчивый граф Салтыков разглядывал медленно падающие снежинки за окном. Зима постепенно брала власть в свои руки и грозила засыпать Великий Новгород по маковки церквей. Рядом встал князь Мстислав.