и правда найдёт. Из-под земли достанет. Так что выбора нет. Прописка в Сурранской империи мне теперь обеспечена, и, честно говоря, я этому рада. Глава 27 Нам пришлось проторчать на Тёмном континенте ещё полторы недели. Ронар разгребал последствия заговора — я откровенно скучала. После вмешательства моего дракона в столице княжества смотреть было уже нечего. Одни руины. Поэтому я безвылазно сидела в замке и плевала в потолок. Это было невыносимо — сидеть без работы. Но как только я попробовала сунуть нос в государственные дела, оба принца, Ронар и Аргор, выставили меня за двери. Ронар, правда, предварительно поцеловал, чтобы скрасить пилюлю, но веселее от этого не стало. Так что, когда принц сказал, что мы отправляемся домой, в Сурранскую империю, я прыгала до потолка от счастья. За это время дела в вампирском княжестве пришли хоть к какой-то стабильности, и Ронар мог отправить меня на Светлый континент, попутно решив все дела, связанные со свадьбой. И не только нашей, ведь в Исторе томилась прекрасная Эрианэ в ожидании женишка. М-да, не хотела бы я быть на месте Ронара, когда он будет объясняться с эльфийкой. Более того, я даже пропущу эту сцену, малодушно отсидевшись в своей комнате. На Тёмном континенте остаются Аргор и императорские войска. Драконы хоть и были очень сильны, но их было маловато. Принцы это понимали и тревожились. Потому Ронару предстояло решить все вопросы с рекордной скоростью и вернуться сюда, на подмогу Аргору. Кстати, оказывается, то, что устроил мой, теперь уже женишок, не было нормально для Ронара. Сила Конфетки возросла, и теперь он сиял исключительно бледно-жёлтым светом рядом со мной. Бордовый исчез даже со лба. Стало понятно, что приворот императора улетучился. Свои новые способности Ронар приписывал нашей с ним связи и благословению богов, я не возражала. Плюс — это не минус. Поэтому, когда все договорённости были достигнуты, мне разрешили паковать чемоданы, что я и сделала с превеликим удовольствием. Конечно, тревожило то, что Аканту мы так и не нашли и оставляем Аргора за главного. А ведь он проявлял слабость по отношению к упырихе. Деталей, как и где они познакомились, Аргор мне не рассказал, поведал только Ронару. Но, судя по красным щекам мачо-принца и непристойному ржачу Конфетки, история там была ещё та. Но в конечном итоге Ронар сказал, что беспокоиться не о чем: если кровососка объявится, её ждёт совсем не тёплый приём, что бы она там себе ни понапридумывала. Так что садилась я на корабль с чувством облегчения и удовлетворения.