Мы едем домой, где всё теперь будет по-другому. Рядом со мною любимый мужчина, готовый жизнь отдать за меня, и поэтому мы справимся, я верила. Может, хорошее настроение так сработало или нам с Конфеткой, закрытым в одной каюте, было не до того, но морская болезнь в этот раз меня практически не беспокоила. Так, повисела слегонца на перилах, но, в общем, восемь дней прошли прекрасно. Особенно когда мы вынырнули из серой мглы в освещённый солнышком горизонт, я почувствовала себя преотлично. Стоя в обнимку на палубе и никого не стесняясь, мы смотрели на заходящее солнце. Прекрасный вид и тёплые объятья. Я вдруг поняла, что бесконечно счастлива здесь и сейчас. Ещё не всё решено, и впереди много трудностей, но они меня не пугают и не омрачают настроение. Конечно, пофигистический настрой немного подпортился, когда мы ступили на родную сурранскую землю. Впереди нас ждали дворцовая банка с папашей-императором, змеёй — бывшей невестушкой и целый выводок паучат-придворных. Было отчего приуныть. Конфетка сразу заметил перемены в настроении и крепко обнял, поцеловав в висок: — Не переживай, всё будет хорошо, мы вместе всё преодолеем. Я вернула ему благодарный взгляд. Спасибо, милый, за поддержку. На полпути ко дворцу нас встретил императорский эскорт, который больше походил на конвой. Насколько я поняла, император в ярости. Увидев отдающих честь солдат, Ронар посерьёзнел, и мы начали морально готовиться к встрече с «добрым» родителем. Как только наша компания появилась во дворце, нас с принцем сразу же загребли императорские секретари. — Ваше Высочество, — кричал один из них. Худющий, невысокий дракон, бледный как моль, в смешном парике. — Его Величество ожидает вас немедленно. — Нам нужно привести себя в порядок после путешествия, — поднял бровь Конфетка. — Его Величество велел вам явиться к нему сразу же по приезде, — и, немного сбавив спесь, понимая, с кем говорит, секретарь попробовал оправдаться: — Что-то очень срочное, Ваше Высочество. — Ну что ж, милая, — взял меня под руку наследник, — пойдём. Нас ожидали в тронном зале. Ого, кажется, император опять затеял моральную порку. В прошлый раз я его испугалась, но теперь мою руку сжимает мой любимый дракон. Сила и защита от всего мира. Я не одна, и я не боюсь. Мы зашли в пустой тронный зал. Вопреки ожиданиям, император не сидел в парадном кресле, а мерил нетерпеливым шагом огромное помещение. Увидев нас, и так плохое настроение правителя спустилось до отметки «катастрофическое». Сурран процедил сквозь стиснутые зубы: