— Папа, мне нужно с тобой очень срочно поговорить. Император явно обсуждал важные государственные дела с каким-то министром, когда мы вошли, но одного взгляда светлейших глаз хватило, чтобы чиновник вмиг испарился. — Давай посмотрим, что у тебя такого важного случилось, что ты прервала совещание и даже притащила ко мне человечку. Проговорил император достаточно мягко. Всё же я угадала — принцессу любят, балуют и много прощают. Младшенький ребёнок всегда в фаворе. Я с любопытством выглянула из-за спины Калии и посмотрела на императора. В отличие от первого раза в тронном зале, он был одет в менее официальную одежду, что делало его более человечным, прости Господи, если такое можно применить к дракону. Атмосфера в кабинете тоже располагала расслабиться. Было уютно и по-домашнему. Готова поспорить, что сделано это было специально, так как император наверняка много времени проводит здесь, да и в важных переговорах хорошо иметь дело с расслабленным собеседником. В это время принцесса расположилась на стуле напротив отца, я её примеру следовать не решилась и осталась стоять. — Папа. Мы с Лианой, — на меня кивнули, лишний раз привлекая недоброе внимание, — добыли доказательства того, что Ронар опоён любовным зельем. — Калия, прошу тебя, — простонал император. — Нет-нет, папочка, это важно. Это может быть заговор против нашей семьи. Вот, — принцесса достала из потайного кармашка юбки знакомый мешочек. На руку снова лёг бордовый кристалл. — Мы проверили Ронара на кулоне Скай, — о, вот как зовут артефакт. Никакой оригинальности. — Он показал, что брат отравлен зельем, да ещё и на родной крови. Ты понимаешь, предатель среди близких нам людей, и он вступил в сговор с эльфами. Папа, нужно… — Остановись, Калия, — жёстко отрезал император. Никакой теплоты, никакого снисхождения не осталось. На нас смотрел суровый дракон-диктатор. Я поёжилась. — Отдай мне кристалл. — Калия послушно протянула отцу подвеску. — А сейчас иди в свою комнату и забудь, выкинь из головы всё, что ты мне здесь наговорила. — Папа, пожалуйста… — прошептала поражённая принцесса. — Сейчас же. — Голос императора был тих, но желания его ослушаться не возникало. Калия поднялась на ноги и присела в безмолвном почтительном реверансе, я повторила за ней, и мы развернулись к выходу. — Лиана, ты остаёшься, — пророкотали сзади. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Я бросила отчаянный взгляд на Калию, она ответила мне сочувствующим. Но покивала головой: нет, помочь здесь она не может. Дверь за принцессой