— Доверие и молчание, молодые люди, — уверенно начала свою речь постнолицая монахиня, поглядывая на подавленного и красноглазого попа отнюдь неласково, — Это две ценности, которых в Апраксодае крайний дефицит. Более того, их сейчас совсем немного даже за этим столом, если вспомнить уверения отца Григория…

— Да вы охренели! — взорвался толстый негр, подскакивая, как будто ужаленный в задницу, — Врываетесь с гранатами, устраиваетесь в ризнице как у себя дома! Совсем страх божий потеряли⁈

— Вы, Григорий, что обещали? — тихий, надломленный и болезненный, голос раввина заткнул православного жреца как кляпом. Старик, щурясь даже в своих толстых очках, смотрел на бородача беззащитно и вежливо, но поп колер кожи слегка поменял, особенно когда ребе продолжил тем же тихим и вежливым тоном, — Я… не открываю свои двери без особого сигнала. Сестры живут и творят свои дела за городом, пастор Найнтингейл… не смог бы оказать молодым людям приёма. Ты был единственный, кто мог принять инквизиторов, ты дал слово, что оповестишь нас сразу же. Вместо этого…

Черный поп попытался устроить истерику разоряясь, брызжа слюной и упоминая какие-то имена недавно убитых его людей, но присутствующие отнеслись к этому выступлению более чем прохладно. Просто сверлили его взглядами, пока он, понурясь, не сел на место. Дальше все начало проясняться.

Наемник Апсародая — существо ненадежное, потому что дешевое. Он, по сути, представляет из себя мусор, которым пренебрегли фракции, держащие город. Выполнив заказ на пять сотен, он с готовностью потом поделится подробностями этого заказа за сотню… если не за бутылку виски. Разумеется, компетентных, умелых, даже чертовски умелых и компетентных, людей в городе было с избытком, но они, обладатели заслуженной репутации, эту репутацию, во-первых, хранили, а во-вторых — были на виду, в-третьих — были совершенно недешевы.

Дела и делишки пастырей человеческих требуют как особой деликатности, так и лояльности. Католическая ветвь христианства кое-как и кое с чем может справиться за счет своих сестер, раввину может помочь местная еврейская диаспора, а вот православный негр и буддисты вынуждены пробавляться людьми с улиц, что рискованно и ненадежно. Кроме того, далеко не везде уместно появление монашки или потомка ашкенази, поэтому иногда пастыри уповали как раз на православие, лучше всего приспособленное для поиска сомнительных личностей для сомнительных дел. Это не всегда заканчивалось хорошо.

Наше появление было воспринято всеми, имеющими храмы на этой площади, как дар Божий. Причина этого была проста — лояльность. Верность инквизитора принадлежит Священной Инквизиции и только ей, а та крепко дружит с любыми религиозными институтами, оставаясь при этом аполитичной. То есть, наш отряд идеально подходил всем присутствующим для решения множества мелких, а может и крупных, дел, после которых требуется сохранять полное молчание. Однако, у отца Григория, как оказалось, были свои планы…