— Поешьте, умойтесь… жду вас в седьмой палате.
— Нет времени.
— Пара минут ничего не решат, а ваш помощник Маркус вчера все телефоны обзвонил, цитирую: «Да вы хоть знаете, кто он такой?! Ему восстанавливаться нужно, а вы его по палатам таскаете и заставляете выполнять свою работу!».
— Хороший помощник, правда? Я все ему объясню.
— Действительно, хороший. Он не сказал кто вы такой. Я знаю, что вы аристократ, что вас зовут Дэвис, но не больше.
— И хорошо, этого достаточно. Я нахожусь в городе инкогнито.
— Ваше право, — Марат пожал плечами, — жду в седьмой.
Глава 12
Умылся, привел себя в порядок, поел. Снова подумал о том, что уже успел пережить и улыбнулся сам себе. Подошел к зеркалу, поправил прическу с одеждой. Выгляжу все еще не свежо, но уже лучше, хотя синяки и раны еще пару дней будут сходить с лица. Нужно будет ускорить этот процесс усиленной регенераций, но не сейчас, а только тогда, когда никому из пострадавших больше не будет нужная моя помощь.
Я вышел из палаты, закрыл дверь и направился в ту, где меня ждали больные и Марат. В клинике во всю кипела жизнь, в коридорах уборщицы надраивали пол, не успел он высохнуть, как по нему проходили мед работники с пациентами. По пути в седьмую палату мне повстречался управляющий, он остановился, поклонился в знак уважения и сказал:
— Благодаря вам наш город стал лучше, если вы понимаете о чем я. Это большая заслуга.
— Понимаю, конечно, спасибо. Но скажи, про меня уже все и все знают?
— Нет, только род Волгиных и приближенные, вам не о чем беспокоиться.
— Хорошо.
— Марат сказал, что вы смогли излечить четверых пострадавших.
— Это так.
— Впервые встречаю мага с навыками целителя, — управляющий задумался и внимательно смотрел на меня.
— Это не совсем целительство, впрочем, больше сказать не могу.
— Разумеется, — он одернул себя и моргнул, — ваша работа будет хорошо оплачена поликлиникой, мы ценим бойцов, что сражаются за добро.
Поправил здоровье, а еще и подзаработал, хех.
— Отличная новость. Рад был увидеться, — сказал я, — но меня ждут.
— Конечно, — управляющий снова кивнул и пошел дальше.
Я подошел к седьмой палате, дверь в нее была открыта. Вошел и сразу увидел Марата, он сидел на стуле возле одного из пострадавших. Раненый мужик лежал на кровати и стонал от боли, как и все остальные.
— Кому хуже всего?
— Ему — только Марат открыл рот, как все пострадавшие попытались привлечь к себе внимание.
Кто мог говорить — тот попытался выкрикнуть. Те, кто не могли — застонали или начала размахивать рукой. В палате стоял чертовски неприятный запах, он мне хорошо знаком, но к нему нельзя привыкнуть, каждый раз он вызывает отвращение и позыв рвоты.