Это уже не энергетический выплеск, а целый мощный выброс. Я под большим впечатлением от собственной силы, но почему удар стал фиолетового оттенка? У меня теперь вся магия будет такого цвета? А как там вообще Виктор?

Рассеиваю всю магию и бегу к нему.

— Виктор! — кричит дворецкий и тоже бежит к нему с бутылкой воды.

— Вы что натворили?! — кричит из окна Софья.

— Константин, я впорядке.

Подбегаю к нему и протягиваю руку. Виктор смотрит мне в глаза совсем не так, как прежде, а с уважением.

— Ты победил, — говорит он.

— Тогда мир?

— Да. Ты доказал, что силен, — он хватается за мою руку.

И я помогаю ему подняться. К нам подходят Маркус и Константин, оба взволнованны и смотрят, то на меня, то на Виктора.

— Виктор, может вызвать скорую? — спрашивает дворецкий.

— Нет, я цел, — отвечает он и вытирает рукавом олимпийки кровь с лица.

— Дэвис… — Маркус замялся, — думаю, вы уже сильнее собственного отца. Только почему ваш удар окрасился в фиолетовый?

— Маркус, позже обсудим, — отвечаю я и вижу, что из дома идет Соня с кубиками льда.

Все мы проходим под навес и помогаем Виктору усесться поудобнее. Дворецкий поддерживает бутылку, чтобы он попил воды, а сестра прикладывает лед к синякам на лице.

— Отцу это не понравится, — говорит она и смотрит на… брата, — как ты мог проиграть?! Как ты мог пропустить такой удар?!

Вот так не ожидал, что девушка спустит всех псов на брата, а не на меня.

— А ты чем думал? Еще бы сильнее блин ударил, совсем что-ли?

— Софья, все по правилам, — ответил я.

— Да, — вмешивается Маркус, — и не нужно хамить, пожалуйста.

— А вы, — дворецкий хмуро посмотрел на моего помощника, — не вмешивайтесь в разговоры аристократов!

— Да хватит вам! — говорю я, — взрослые же люди.

— Ага, — смеется Виктор, — особенно вы, господин, засранец.

— Хех, хоть слово ты сдержал… — я едва не засмеялся в голос.

А все уставились на Виктора с выпученными глазами. Кого-то удивило, что он назвал меня господином, а, например, Маркуса наверняка возмутило, пусть и шуточное, но оскорбление в мой адрес.

— А чего вы так смотрите? Я проиграл спор и должен называть Дэвиса — господином, но в пари и слова не было о том, что мне нельзя называть его засранцем.

— Парни… какие же вы… у-у-у… — Софья вскипела, убедилась, что жизни брата больше ничего не угрожает и ушла.

Я и Маркус остались возле Виктора. Он чувствовал себя действительно плохо, но старался этого не показывать. Константин ушел в поместье за аптечкой и вскоре вернулся. Не прошло и пятнадцати минут, как он обработал все видимые раны на Викторе. Дал ему обезболивающие, какие-то неизвестные мне препараты на магической основе.