Вдохнув, я всё-таки сказал:

— Я назвал Всехжрать другим именем. Теперь это Виола!

И тишина.

Бедные, бедные подгорные существа… И вправду, как много сегодня навалилось на их мозги.

Тронамать, которая только-только встала, от удивления снова плюхнулась на бездыханного рыцаря. Учёные крякнули, а их челюсти аж свело, так они их распахнули.

Царица пришла в себя первой. На учёных уже не было никакой надежды.

— Виола? Что значить Виола?

— Ну, это имя такое…

— Имя⁈ Тронамать — это имя! Я их мать, и я на троне! Многоум — это имя. Он иметь много ума! Даже Всехжрать — это имя, а Виола — это совсем не имя.

— Я — Малуш, а это Холодраг. Это наши имена.

— Малыш — хорошее имя. Голодрыг — тоже есть хорошее имя.

— Эй, — старик рядом со мной возмутился, но я положил ему руку на плечо и усмехнулся.

— Что ты? — сказал я, — Могучий дракон Голодрыг тоже неплохо звучит.

— А Виола это есть не имя…

На этом моменте я подумал, что надо будет рассказать об этом барду. Я всегда подозревал, что с его именем что-то не так.

— Очень даже имя, — буркнул я, — Вот вас, ваше высочество, я бы назвал… эээ… Агата.

Тронамать аж поперхнулась и ткнула сама себя пальцем в грудь. Мол, кто тут Агата⁈ Я?

— Вы прекрасны, величественны, от вас веет тайной, — тут же поспешил добавить я, — И поэтому вам подходит красивое имя Агата.

Ну всё, это был тот максимум, на который были способны мои бросские мозги. Не согласятся, пинками в эту пещеру погоню — меня и так уже задолбал весь этот цирк.

Все кикиморы начали крутить головами, чтобы рассмотреть, чем там веет от их царицы. Да и она, необычно покраснев для существа с ледяной шерстью, так и стояла, потупив взгляд. «От неё веет тайной», — слышался рядом взволнованный шёпот.

— Ваше высочество! Ваше высочество! — раздались крики Мудрожуя, несущегося обратно из главного зала, — В пророчестве только про Пещеру Можно. Там нету «убить Всехжрать». Бумсечь делать Пещеру Нельзя…

Снова кикиморы загалдели, и нам пришлось ждать, пока вперёд не выйдет Тронамать. Так и случилось, потому что учёные кикиморо-мужи, судя по их довольному виду, пришли к какому-то открытию.

Вот один из ни вышел и важно заявил:

— Пока Всехжрать звать… эээ… Виола… то Пещера Нельзя не нельзя!

— А потом, когда мы пройти в Землю Хорошо, Виола стать снова Всехжрать, — сказал второй, — и тогда Пещера Можно будет не можно. И Дымжечь не пройти за нами.

Я устало потёр лоб. Смердящий свет, когда мне уже будет можно просто можно… тьфу ты! Правильно говорят, с кем поведёшься, от того наберёшься. Когда мне уже будет можно идти в Хладоград?