— Дело не в угрозе друг другу. Просто переговоры людей, обвешанных оружием будут выглядеть… странно. Даже если мы сами — живое оружие, на переговорах не место клинкам и посохам.

О да, только скрытое ношение! Вроде её медальона и наруча!

Собственно, это была ещё одна причина взять с собой Наташу. Я не мог оставить уникальное оружие кому попало или доверить его сейфу.

На входе всех проверяли. Якобы жали руки, но по факту прогоняли тщательное сканирование. Опасались подмены людей и правильно делали. За меня Серебрякова авторитетно заявила, что я антимаг и меня вообще никто не способен просканировать.

Вскоре мы вошли в весьма просторный зал. Не огромный парламент: всё же формат встречи был именно переговорный.

В самом центре располагался шестигранный постамент с большими экранами. Его окружал сплошной круглый стол.

Дальше концентрическими кругами шли отдельные сначала двухместные, а затем и трёхместные столы. У каждого стояли офисные кресла и микрофоны.

Я и обычный дипломат расположились за подписанным столом второго ряда, первое кольцо за круглым столом занимали представители менее значимых стран. Позади Серебряковой, занявшей одно из главных мест, садились ближайшие союзники стран бывшего СССР.

Мой сосед, разложивший на столе бумаги и блокнот почему-то внимательно на меня поглядывал — словно следил за поведением «слишком молодого для этого собрания».

Тем почётнее было место, учитывая, что участия на этом саммите удостоились далеко не все. Многие страны объединились в союзы. Иные попали под протекторат. Многие представители отдельных государств занимали места не за центральным столом.

Главные места разделили всего десять групп: Россия, Евросоюз, Америка, Китай, Индия, Ближневосточный союз, Центральноафриканский союз, Бразилия, Южная Корея и Япония. Причём Королёв сел вместе с Судзуки Акари, в нарушение протокола передвинув своё кресло на колёсиках. Причём судя по всему он заменил японского дипломата, который должен был помочь Принцессе.

— Вызывающий поступок, — прокомментировал умудрённый годами дипломат. — По-хорошему его должны удалить из зала.

С одной стороны формально он прав: такое поведение недопустимо. С другой стороны реалии нынче иные.

— В мире восемь миллиардов человек. Среди них около семидесяти миллионов одарённых. Он занимал одиннадцатое место. Даже десятое, если убрать первого. Он понимает, что ему никто не возразит. Политика меняется, тут каждый представляет не только армию и экономическую силу, а ещё и личную мощь магии.

— Я понимаю. Но если мы начнём руководствоваться правом сильного, то станем дикарями. К сожалению, похоже вы правы. Откровенно говоря и Судзуки Акари занимает своё место только благодаря уровню.