В моей руке светился трикветр. Сила единства мощным потоком потекла в артефакт и начала его менять. При этом я сам зачерпнул маны из накопителя и сосредоточился.

Нам нужно ослабить грань мира и добиться того, чтобы он как Земля притягивал проломы — сделать соединение возможным.

Возникло ещё одно сосущее чувство, и я поспешил добраться до резерва чистой энергии, что содержалась в Регалии.

— Что случилось, Лёша⁈ — закричала Наташа.

— Командир, остановитесь! — до меня долетел крик Акаева.

Лучи пространственных росчерков колотили по границе клочка реальности — чёрно-оранжевая сила растекалась по ней. Передо мной мерцали мириады цветов, и я ощущал, что словно бы… получается.

Всё залило яркое сияние. Потому я закрыл глаза. Поток мощи нарастал, внутри ощущалась слабость. Я как будто пытался побороть ураган. Стоял против памятного водного мага, появившегося где-то на девяностый год, который обрушивал на меня водопады.

Но я не собирался отступать. Мощнее — пусть этот мир также станет точкой притяжения осколков!

Давление усилилось — мне казалось, что меня вот-вот раздавит. А снаружи слышался нарастающий гул.

То ли магия, то ли интуиция подсказывали, что мы добиваемся успеха и вот-вот перегнём.

— Хватит! Всем остановиться!

Я прервал поток силы и сделал шаг назад. В глазах немного рябило, колени едва не подкосились и я взялся за Разрушитель грёз, воткнутый в землю позади.

Грань мира мерцала. По ней прокатились светлые волны и шли чёрные трещины — ощущалась слабая вибрация. С таким трудом созданный артефакт разваливался — некоторые элементы осыпались как мелкий песок. Крошку разносил ветер, поднятый потоками мощи.

— Лёша… кажется осколок сейчас коллапсирует, — нервно сказала Наташа.

Ей ответил Ифрит, который то ли улыбался, то ли скалился.

— Всегда находил одновременно нелепой и забавной эту черту смертных — высказывать своё мнение о том, чего они не понимают. Нет, чудовище, возглавляющее нас, кажется, справилось.

— Слышь… я не такой страшный, — собственный голос стал слабым. — Так, мне нужна пара минут. Следите за обстановкой.

Я не ощущал такой слабости даже когда в Эпицентре после череды далеко не простых сражений откачал всю силу Ушакова и отправил его в бездну. Всё больше верю, что я действительно что-то послал туда.

И это было не только перегрузкой, но и одновременно ощущением, словно я трое суток не спал. Понемногу это ощущение отступало…

Левая рука болела. Мне казалось, что я сейчас увижу страшный ожог. Но разглядел я разве что слегка покрасневшую кожу. Заряд чистой энергии в Регалии заметно просел, аккумулятор маны опустел в ноль.