— Верно подмечено, — я подтвердил слова друга. — Это недоразумение я и хотел исправить.

На самом деле, я совсем забыл, что все дела велись у меня в голове, и с Толей я так ничего и не обсудил, времени не было. Да и сейчас его немного, но я всё-таки решился начать разговор.

— А помнишь, ты как-то упоминал, что хочешь открыть алхимическую лавку? — я спросил у него. — На мой взгляд, это отличная идея. Твои эликсиры здорово мне помогли.

— Помню, — он угрюмо на меня посмотрел, — но теперь это в прошлом.

— Это ещё почему? — теперь уже я удивился.

Толя мечтал открыть лавку сколько я его знал. А если быть точнее, то сколько его знал Дмитрий. Отказаться от своей мечты? Нет, на него это совсем не похоже.

Наш разговор не клеился. Мне пришлось в буквальном смысле выпытывать из него подробности. Оказалось, что дела на фабриках отца пошли под откос. Отец и до этого жаловался на постоянные срывы поставок. А сейчас и вовсе в срочном порядке отбыл в Новосибирск, и теперь непонятно, когда вернётся.

— Я за него переживаю, — честно признался он. — В последнее время он сам не свой. Даже не предложил мне вернуться домой, когда случилась атака на интернат. Просто сказал, что очень занят и повесил трубку.

Насколько я помнил, отец у Толи владел двумя обувными фабриками, одна из них находилась в Красноярске, а другая — в Новосибирске. Не очень удобное расположение, приходилось жить на два города, зато хватало на более-менее приличную жизнь.

Но я бы не назвал поведение отца Толи странным, всякое в жизни бывает. Может, у него появилась вторая семья, которой он решил уделять всё своё внимание? Или не хочет впутывать сына в неприятности, которые могли приключиться на фабриках? Он же упомянул про срывы поставок.

— Ты поэтому арендовал квартиру в том районе? — решил уточнить я.

— В том числе, — он вздохнул. — Мой мир, в котором я прожил пять лет, в котором я строил планы на будущее — всё это сейчас рушится, и я не вижу никакого выхода.

Я прекрасно понимал его чувства. Сколько раз у меня выбивали табуретку из-под ног? Даже далеко ходить не надо, чтобы вспомнить последний случай. Через несколько минут меня попытаются убить в угоду собравшейся здесь публике. А ведь я просто зашёл сюда поговорить с другом.

— Не говори так, — я слегка хлопнул его по плечу, — у тебя по-прежнему есть мы, Авдотья…

— Авдотья? — он хмыкнул. — Боюсь, когда она узнает, что у меня нет денег…

— Не скажет, — я поспешил его обнадёжить. — Она девочка очень умная и всё поймёт, а со всем остальным мы разберёмся.

— Да, разберёмся, как же, — он посмотрел на здоровяка, который гоготал в полный голос.