— Вот это мужчина… — раздалось сзади.

Я хмыкнула, не оборачиваясь, ну понятно, Олег произвёл впечатление. Ещё бы, возник,

как из ниоткуда, и мгновенно избавил от проблемы.

Я вернулась в квартиру, в прихожей, как будто полевая операция прошла. Мы с Олей, не

сговариваясь, принялись за уборку.

— Зато теперь я понимаю, почему ты от него в восторге. Не растерялся, сразу взял быка

за рога. Ещё и красавчик, и смотрит на тебя, как…

— Оль.

— Что «Оль»? Просто лично я одобряю. Приятно, когда мужик ведёт себя как мужик, а не

как этот…

— Давай не будем о Паше?

— Ты его жалеешь, что ли? Он сам это заслужил.

— Может, и так, но злорадства я точно не испытываю.

Я оттирала пол от крови, и сердце, конечно, было не на месте.

— А я и не злорадствую, но ты же не будешь отрицать, что он сам нарвался? Не надо

было спать с женой начальника. И вообще, изменять не надо было. Был бы честным и

верным, никто бы к нему никаких мордоворотов не подсылал.

— Ну, мне ты это можешь не объяснять.

— Вот. Так что не надо его жалеть, а то ещё решишь, что он за всё поплатился, так и

простить можно.

— Ну, это бред, — я закончила вытирать пол и огляделась. — Мы почти в разводе, Оль, и

никого я прощать не собираюсь.

Я отправилась отмывать руки. Тёрла ладони под горячей водой, смывая Пашину кровь, и

смотрела, как розовая вода уходит в слив.

В ушах всё ещё звучало его хриплое «люблю тебя». Смешно. Он не меня любил, он любил

ту жизнь, где у него был дом, в который можно вернуться. А теперь, когда всё

рухнуло, когда стал никому не нужен, просто не смог закончить достойно.

Я вышла в прихожую, и тут мой взгляд упал на папку, она так и лежала на консоли у

зеркала.

— А это что? — заметила Оля.

Я взяла документы, просмотрела бегло, и губы наконец дрогнули в улыбке. Представила,

как Олег, этот серьёзный, иногда даже суровый, мужчина, прикалывает к ним бантик,

чтобы меня порадовать, и в душе поднялась робкая нежность.

— Это моя свобода, — ответила я. — Документы о разводе.

Оля всплеснула руками.

— Ну наконец-то! Это же отметить надо!

Уже в совсем другом настроении мы вернулись на кухню, там всё ещё стояли бокалы с

вином, но сейчас мне хотелось горячего сладкого чаю.

Оля суетилась, едва не напевая от радости, а я бегала взглядом по строчкам, понимая,

что это и есть конец нашей болезненной истории. Забавный бантик говорил, что это ещё

и начало новой, если захочу.

— Теперь, когда ты свободна, можно и о личной жизни подумать, — Оля поставила чашки

на стол.

— Не начинай.

— А что? Олег — достойный кандидат, разве нет? И он явно тебе нравится.

— Конечно, нравится, — призналась я. — Он спокойный, надёжный. Даже представить себе