Мы снова вышли за дверь, и я облегчённо вздохнула. Сторожа здесь не было, он остался на том кладбище, а вот обстановка изменилась. Для незнакомого с кладбищами человека или вампира это было то же самое место, только без цепочки наших следов. Но я-то видела, что у нас всё получилось. Мы были на столичном огромном кладбище. Обойти его, скача по сугробам, нам бы не хватило и дня, но нам это и не было нужно. Я помнила, где нашла когда-то Бриена.

— Иди за мной, но не вплотную, — предупредила я. — Ты тоже мёртвый — не-мёртвый и будешь отвлекать.

Снова пришлось идти по сугробам и прислушиваться к мертвецам. Раньше я редко приходила сюда зимой. Практики проходили летом и весной, зимой нужно было копать замёрзшую землю — монетки того не стоили. И оттого я не знала, насколько тише на кладбище в это время года.

Только лёгкий шёпот раздавался то тут, то там, поди разбери! Ещё одна проблема была в том, что в идеале Даррен должен был ещё спать, а значит, не мог меня позвать.

Я несколько кругов накружила по нужному мне пятачку кладбища, пока до меня не дошло, что гроб с моим женихом должен не звать меня, а быть самым молчаливым местом. Едва я это поняла, как всё сразу встало на свои места.

— Тут, — я воткнула лопату в землю. — Копаем.

— Копаем? — повторил Чича и посмотрел на свои руки. — Чем?

— По очереди, дубина, — ласково ответила я и первая вонзила лопату в снег. Руки заныли, но не от боли, а от восторга. Даже слёзы на глаза навернулись. Как же я по всему этому скучала! Никаких красных дорожек, никаких льстивых помощников и советников. Только я, вампир, не знающий, что ему делать, и кладбище.

Скоро снег сменился замёрзшей землёй. Несмотря на то что она вся застыла, улечься как следует земля не успела и теперь комьями летела из-под моей лопаты.

— Моя очередь, — не выдержал безделья Чича и отобрал лопату. Работа пошла быстрее, и только поэтому я не забрала лопату обратно. Без работы мне стало куда холоднее.

Я уже думала, что превращусь в сосульку, как вспомнила про подарок кого-то из родителей. Сейчас я почти была уверена, что это мамина шутка, а не отцовская.

И я начала шёпотом ругаться.

Чича, обладающий прекрасным слухом, недоумённо выглянул из ямы, но я махнула рукой, мол, не останавливайся. Жар от задницы согревал тонкое платье и расходился дальше. Умереть от холода мне, по крайней мере, уже не грозило.

Стук о деревянную крышку лопатой раздался так внезапно, что я рефлекторно выругалась ещё витиеватее.

— Вылезай, — потребовала я. — Моя очередь.

До последнего я боялась, что ошиблась с могилой, поэтому достать гроб хотела самолично, пусть мне и было справиться с этим сложнее, чем вампиру. Чича и сам понимал, что сильнее, но понимал он и моё рвение. Так что без лишних слов выбрался на поверхность и сел на краешек выкопанной ямы.