— Пойдём домой, моя королева, — прошептал он, целуя её в губы.

И, обнявшись, они пошли.

Под солнцем, которое взошло только для них.

Под небом, которое теперь принадлежало им двоим.

Под любовью, которая оказалась сильнее смерти, сильнее Разлома и сильнее любого проклятия.

Они были одним целым.

И это было самое красивое, самое настоящее, самое фееричное «навсегда», которое только могло существовать в любом мире.

Эпилог

Солнце вставало над замком мягкое, золотое, ласковое. Оно заливало башни тёплым светом, отчего чёрный камень казался живым, дышащим, согретым любовью. В воздухе витал аромат ночных цветов, которые теперь цвели круглый год, и лёгкий запах дождя, который прошёл на рассвете.

Лиара стояла на том же балконе главной башни, где когда-то они дали друг другу обещание «навсегда». Только теперь на ней было лёгкое белое платье, которое Даркейн сам соткал для неё магией, тонкое, струящееся, с серебристыми нитями, напоминающими о том осколке, что когда-то привёл её обратно. Ветер играл её длинными волосами, а она улыбалась, глядя вниз.

Внизу, в саду, Даркейн стоял среди цветов. Он был босиком, в простой чёрной рубашке с закатанными рукавами. Его волосы слегка растрепались, а на лице играла та самая улыбка, которую она любила больше всего на свете, тихая, настоящая, только для неё.

Он поднял голову и увидел её. Улыбка стала шире.

— Моя королева, — позвал он низко, с той нежностью, от которой у неё до сих пор замирало сердце. — Иди ко мне.

Лиара засмеялась и сбежала вниз по винтовой лестнице. Когда она вышла в сад, Даркейн уже ждал её с распростёртыми объятиями. Она бросилась к нему, и он подхватил её, закружив в воздухе, как в первый день их новой жизни. Её смех разнёсся по саду, и цветы вокруг засияли ярче.

— Пять лет, — прошептала она, когда он поставил её на землю и прижал к себе. — Пять лет, а я всё ещё не могу поверить, что это всё настоящее.

Даркейн поцеловал её в висок, потом в уголок глаза, потом в губы медленно, глубоко, с той любовью, которая за пять лет стала только сильнее.

— Это настоящее, — ответил он, не отрываясь от её губ.

Он взял её за руку и повёл по саду. Цветы расступались перед ними, словно кланялись. Они шли по тропинке, которую он когда-то создал специально для неё из мягкого мха и светящихся камней. Вокруг порхали маленькие серебристые огоньки, частицы их общей магии, которые теперь жили своей жизнью, освещая путь.

— Помнишь, как я боялся, что ты сгоришь? — спросил он тихо, когда они остановились у большого фонтана, где вода текла вверх, образуя сверкающие арки. — А теперь смотри… ты не сгорела. Ты зажгла меня.