Он наклонился и поцеловал её.

Поцелуй был медленным, глубоким, полным всего, что они пережили. В нём было и отчаяние первых дней, и нежность ночей у камина, и ярость битвы, и та безумная, всепоглощающая любовь, которая победила смерть. Его губы были тёплыми, требовательными и одновременно невероятно бережными. Язык скользнул по её губам, словно просил разрешения, а когда она ответила, поцелуй стал глубже, жарче, но всё равно оставался бесконечно нежным.

Когда они оторвались, их лбы остались прижатыми.

— Я люблю тебя, — прошептал Даркейн, и его голос дрогнул. — Не как Пожиратель. Не как печать. А как мужчина, который впервые за вечность почувствовал, что значит быть счастливым. Я люблю твои слёзы. Люблю твой смех. Люблю, как ты смотришь на меня, будто я твое чудо. Я люблю тебя даже в те моменты, когда ты меня ненавидишь. Я люблю тебя всю. Каждую твою мысль. Каждое дыхание. Навсегда.

Лиара всхлипнула и улыбнулась сквозь слёзы.

— А я люблю тебя, — ответила она, голос дрожал от переполнявших чувств. — Люблю твою тьму и твой свет. Люблю, как ты боишься меня потерять и как готов ради меня на всё. Люблю твои молчания и твои слова. Люблю, когда ты молчишь рядом со мной, и когда шепчешь моё имя, как молитву. Я люблю тебя так сильно, что иногда кажется, что сердце не выдержит. Но теперь у нас одно сердце. И оно выдержит. Мы выдержим.

Внизу, у подножия замка, появился Элдрич. Он стоял один, запрокинув голову, опираясь на посох. На его лице не было гнева, читалась только тихая, светлая печаль и принятие. Он поднял руку в прощальном жесте, улыбнулся уголком губ и медленно ушёл в лес, растворяясь среди деревьев.

Даркейн поднял руку к небу.

И мир ответил им.

Над лесом взлетели тысячи серебристых огоньков — частицы их общей магии. Они кружились в воздухе, складываясь в огромные сияющие арки, в силуэты влюблённых, в образы древних звёзд, которые танцевали между облаками. Небо окрасилось всеми цветами, которые когда-то существовали только в их снах. Цветы в саду под крышей раскрылись ещё пышнее, и их лепестки засветились мягким золотым светом. Птицы взлетели в небо и запели не обычными голосами, а мелодией, которая звучала как их общая любовь.

Лиара засмеялась звонко, счастливо, свободно.

— Это ты сделал? — спросила она, не отрывая глаз от чуда.

— Мы, — ответил Даркейн, целуя её пальцы один за другим. — Ты дала мне свет. Я дал тебе тьму. Вместе мы создали рассвет.

Он подхватил её на руки, как в первый раз, когда принёс её в этот замок. Только теперь в его глазах не было страха. Только бесконечное счастье.