— Нынче он передал мне информацию через Пастухова. Случай связан с похищением одной из его супруг.

— Бедная девочка, — покачала головой Некахуал. — Надеюсь, ей сумеют объяснить правила техники безопасности. Но что там с проблемой?

— Понимаешь, — вздохнул Пётр, — кто-то нашел способ влиять на нежить. Пока что достоверно известно, что после обработки она, подчиняясь приказам хозяина, может лишать атакуемый объект материальных вещей. Например, вырвать из рук оружие, очистить карманы. Но кто знает: может, она способна и на большее. А самое плохое, что нежить, поскольку в момент атаки остаётся нематериальной, совершенно неуязвима для физических атак. Возможно, что для магических тоже. Это предстоит ещё проверить.

— И как же твой любимый Песцов справился? — поинтересовалась императрица.

— А это ещё один сюрприз от твоего любимого Песцова, — съехидничал император. — У него, оказывается имеется персональный домовой. Он всегда с ним. Он сумел ненадолго зафиксировать нападавшего, а этот хитрый хан долбанул его родовым перстнем.

— По сути, перебил контракт, — понимающе кивнула Некахуал.

— Да. Но это стоило половины резерва магу пятого ранга. Я как только начинаю думать, что кто-то может обработать мою дворцовую нежить и направить против меня же, у меня сразу начинается мигрень.

— Зато, дорогой, ты теперь предупрежден. Кстати сказать, в этой замечательном труде господина Краснопёрова, — Некахуал похлопала ладонью по книжке — подобные вещи не описаны. Найти бы этого злодея, да вырвать ему сердце во славу Кетцалькоатля. Предка нужно иногда баловать.

Где-то в одной из московских квартир

Олег пришел поздно. Лицо серое от усталости, на ногах еле держится. Скинул куда придется куртку да шапку, плюхнулся в кресло в прихожей. Вещички до полу долететь не успели — тут же домовые подсуетились. Одёжку подхватили, почистили-подсушили, да определили на место, в гардеробную. А Вера с Машей переглянулись меж собой и чмокнули героя в щёки сразу с двух сторон, обдав одна лавандовыми ароматами, другая — жасмином.

— Ужин готов, дорогой, -шепнула на ухо Маша. — Он только и ждет момента, когда ты слегка умоешься и переоденешься в домашнее.

— А потом десерт, — с придыханием добавила Вера. — Много десерта. Столько, сколько захочешь.

В гостиной Олега встретила Алёнка. Тщательно, но при этом скромно одетая, почти без макияжа, с обычными двумя косами, она стояла, опустив голову. Щёки её пылали румянцем, руки терзали кружевной платочек. Песцов тут же вспомнил подобную сцену в гимназии. Только тогда для осознания своих косяков ей понадобилось больше месяца. Сейчас же обошлось тремя днями. Да и Маша с Верой как-то подозрительно замерли в ожидании. Наверняка приложили язычки, а, может, и ручки, к процессу прозрения.