— Нельзя. Позор это на все времена. Придётся так справляться. Ты-то ведь этого Кобрина загрыз, авось и я смогу.

Олег думал недолго. Ладно, Предок не может звать на помощь. Но ему-то ничего не мешает!

Рыбья чешуйка словно сама оказалась в руке. В голове раздался скрипучий голос Щуки:

— Что, никак я тебе понадобилась? Ну говори, что стряслось.

Кобра подгадала момент и метнулась вперед. Песец молниеносно отпрянул вбок и попытался в свою очередь прыгнуть. Попал он точно, прямо по месту — чуть позади головы. Но зубы его лишь скользнули по чешуе, а сам Предок, получив удар хвостом, отлетел в сторону.

Теперь никто не преграждал змее путь к Песцову. Конечно, Олег мог сбежать в реальность. Но как он оставит Предка одного с таким противником? Ну да ничего, Бог не выдаст, змея не съест. И он приготовился к схватке.

Тадах!

Видимо, Щука умела выбирать точку приземления. На этот раз тяжеленная деревянная бадья, не меньше десяти ведёр объёмом, упала Кобре на голову. Упала, отскочила и приземлилась на заднем дворе, опять меж змеёй и Песцовым. Через секунду рядом с ней возник Каракал. Он не стал долго думать, а сходу, пока змеюка еще в нокдауне, кинулся в атаку. Впился когтями передних лап в толстенную бревноподобную тушу, рванул задними — раз, другой.

— А-ш-ш-ш! — зашипела от боли Кобра.

Рванулась, стряхнула с себя злобную кошку. Нацелилась было на Олега, но тут раздался свист крыльев и прямо по морде, по глазам, ударил ярко-красный клюв. Не выбил, увы. Но на время ослепил. И вновь попытался Песец. И опять не хватило его зубам силы.

Сверкнуло, и рядом со Щукой мягко опустился Лев.

— Что это за дела, Песец? — попенял он. — У тебя веселье, а друзей не позвал.

По другую сторону бадьи возник Уссуриец. Два хищника, тихонько ступая, принялись расходиться в стороны, пытаясь разделить внимание противника. Вот только глаза у змей как раз по бокам головы, так что задумка не удалась. Кобра сделала выпад в сторону Льва, и одновременно хлестнула хвостом тигра. Могучие Предки отскочили в стороны и начали было новый заход, но тут в небе прошуршало, и крылатая туша врезалась в загривок змеюки, прижав её голову к земле.

Кобра забилась, пытаясь освободиться, сбросить наездника, и своим толстенным хвостом саданула аккурат по манохранилищу. Уж неизвестно, из чего были сделаны стенки цистерны, но такого обращения они не выдержали, и концентрированная мана разлилась по заднему двору, тут же обращаясь плотным туманом.

Когда туман рассеялся, Олегову взору предстал десяток абсолютно пьяных предков. Даже Щука не избежала общей участи, хватанув немалую дозу жабрами.