— Следуй за мной! — велела упавшая с неба сова. — Давай! Пока моя решимость не угасла!

— Стойте! — завопил пень. — Сначала меня! Как мужика и труса! Еще минута — и я передумаю!

— Выбирайся! — зло рявкнул я. — Только без своих театральных молний!

— Да будто я их вызываю! Беги! Я уже в лифте!

— И не забудь ту пушку. Гибрид Мурроса.

— Запомнил?

— Такого я не забываю. Старик! Вколи себе самое сильное обезболивающее, что есть!

— Зачем?

— Давай! Бруха — ты тоже!

— Ох… ох…

Перейдя на бег, я промчался между деревьями, наткнулся на садовую беседку, сломав один из опорных столбов, пробежал перед потрясенными моим появлением героями в стальных кирасах, выскочил на знакомую детскую площадку, из которой как раз выдвигался окутанный дымом и молниями стальной хрен. На все у меня ушло не больше трех минут. Не то чтобы я прямо спешил, но… старперы и правда на грани того, чтобы отказаться от свободы. Даже к неволе привыкаешь. В старости — особенно. В цилиндре открылась дверка, из нее, кашляя от дыма, выскочила знакомая фигура. Зеленые глаза полны страха и странного веселья.

— Я еще две слезы разжевал! — оповестил меня Доус.

— Как глупо. — огорченно вздохнула за его спиной резиновая кукла.

— Как ты меня освободишь? Если разомкнуть цепь в стальном поясе… тросик тоже обрывать нельзя! Система примитивная, но надежная…

— Не понадобится. — зло ощерился я, хватая старика поперек пояса и подтаскивая к детской горке. Запихнув его между мною же в свое время окрашенных прутьев, его же тросом я воспользовался, чтобы зафиксировать старика намертво в подвешенном состоянии. Верхняя часть туловища — над горкой. Нижняя, со свободно болтающимися ногами — внизу.

— Не дергайся. — предупредил я.

— Но как⁈

— Плоть мягка и податлива. — пояснил я, стальными руками хватаясь за его широкий пояс. — Тебе повезло, что ты худой, старик. А то бы я тебе жопу оторвал.

— Погоди! Ты хочешь⁈ А⁈ ПОГОДИ! А-А-А-А-А-А-А!

Дергать я не стал — а то реально оторву нахрен ему старую жопу. Я потянул мелкими раскачивающимися рывками. Так стягивают с себя тесноватые джинсы — понемногу с каждого бока. Только здесь я не материю стаскивал, а стальной обод с зеленым огоньком.

— ДЕ-Р-Ь-М-О-О-О-О-О!

Выкрикнув это, старик отрубился, уронив голову на один из металлических прутьев. Он и так долго продержался — уважаю. Отключился, когда боль в сдавленных чреслах стала уже невыносима. Убедившись, что самая тяжелая часть позади, я сильно дернул и стащил стальной обод. Уронил его на бетон и принялся отматывать Доуса. Закончив, забросил его на плечо, подхватил один из стальных ящиков и повернулся к сидящей рядышком сове: