— Да…

— Но эти запасы нужны тем, кто не покидает четвертый этаж. Мясо нужно зомбо-солдатам, засевшим в вечной обороне. Солдатам, вооруженным огнестрельным и холодным оружием. Защищенным броней! Вот кому нужно мясо!

— Выстрелы громкие…

— В перестрелке кто разберет? Выстрелы гремят! Здание грохочет! Вспышки повсюду. Пифия! Не будь дурой! Признай уже! Это единственная разумная причина! Иначе давно бы зажгли этот сраный синий свет! Профессиональные солдаты могут разок погибнуть от рук дикарей-людоедов. Но не раз за разом же! Но профессиональные солдаты могут раз за разом погибать, когда напарываются на прицельный вражеский огонь… Во втором корпусе — вражеский отряд. И я уверен, что у этого отряда очень умелый и очень, сука, умный командир… тот, кого здесь называют Хозяином. А я называю хмырем со светящимися глазами…

— Вот дерьмо!

— Я могу ошибаться. — лениво произнес я.

— Можешь. — согласилась Кассандра. — Но даже одно твое предположение стоит многого. Я заплачу, гоблин. И заплачу еще щедрее, если твое предположение подтвердится. Жизни моих бойцов стоят того. И моя жизнь тоже.

— Я приму твою щедрую благодарность. — хмыкнул я.

— Моя благодарность могла бы быть еще слаще… но как я слышала, сегодня вечером ты уже назначил свидание?

— Назначил. — признал я.

— Не то чтобы меня, зрелую и уверенную в себе женщину, это задело, но все же… я чем не понравилась герою?

— Я в этом городе сутки. Но я успел заметить уже четверых из твоего сквада, кто неровно дышит к тебе. Минимум двое из них поражены отвратительной болезнью.

— Какой?

— Любовью.

— Тьфу! Напугал! Считаешь любовь болезнью?

— Неважно, что считаю я. Важно то, что ради тебя они попытаются убить меня.

— Вряд ли тебя это напугало.

— Хочешь, чтобы, встав с твоего еще влажного ложа, я взялся за тесак и принялся сносить злобные головы твоим взревновавшим бойцам?

— Кто ты такой, Оди?

— Я гоблин. Из жопы мира вылезший, на трахнутых тунцах приплывший, с вечными бродягами сюда припыливший.

— Ты слишком умен. Слишком зол. Слишком мудр. Слишком… ты просто слишком, Оди. Таких, как ты, не бывает.

— А может, меня и нет. — широко улыбнулся я и повел в воздухе ладонями. — Может, я просто твоя предсмертная галлюцинация. На самом деле тебя порвали зомби и ты, лежа на заброшенной детской площадке, медленно истекаешь кровью…

— Бр-р-р! К черту! Есть советы, Оди?

— Беги. — пожал я плечами.

— Я серьезно.

— Я тоже, пифия. Подумай о силе тех, кто засел на четвертом этаже проклятого больничного корпуса. Как думаешь — скольких они убили? Насколько крутое оружие поимели? Сюда ведь не только с самодельными дробовиками заходили, верно?