Увы и ах, но мастера скрытности в моем отряде если и имелись, то показываться на глаза не спешили и объявлять о своих талантах не собирались. Впрочем, не сильно я и надеялся. Ну не было у подавляющего большинства землян до недавнего времени надобности развивать искусство скрытности до таких высот, чтобы Бесконечная Вечная Империя их признала и сочла важными для дальнейшего развития данного поданного. Мастера-карманники, способные незаметно вытащить из кармана или сумки кошелек, всегда были на пару порядков более редкими специалистами, чем банальные любители гоп-стопа или взломщики чужих домов, а с повсеместным распространением видеокамер эта криминальная профессия и вовсе практически утратила свою актуальность. Чего-то в маскировке и незаметности понимали военные, но опять же повальное наличие датчиков и сигнализаций, которые бдительны двадцать четыре часа в сутки, делало тренировки диверсантов в разы менее актуальной задачей, чем создание ударных дронов или совершенствование систем залпового огня, способных за пару секунд перемешать позиции противника с землей несмотря на дистанцию в добрый десяток километров. Исключения, которые встречались хорошо, если один раз на десяток тысяч, лишь подтверждали правило.

Осада крепости растянулась на целых три дня. Защитники укрепления обладали свойством, которое делало их очень удобными противниками — они не умели учиться на своих ошибках. Ну, вот совсем. Управляющий обороной разум, если его вообще можно было так назвать, в остроте своего интеллекта мог бы посоперничать разве только с тараканом, вся жизнь которого — это следование инстинктам, прописанным в самой его сути. Но стрелометы и деревянные болваны все еще оставались смертельно опасны и противостояние им требовало большого количества усилий, которые в свою очередь отнимали время. Людям после каждого штурма холма и возвращения с загарпуненной добычей требовалась пара часов, дабы перевести дух. Им требовалась еда и сон ночь. А еще потребовалось изготавливать новые чучела взамен тех, которые оказывались превращены стрелами в измочаленные остатки и больше не воспринимались артиллерией как цели. Но терпение и труд, как известно, все перетрут, особенно если к ним прилагается достаточное количество хорошо мотивированных людских рук. И к утру третьего дня наш отряд ворвался в укрепление, которое помимо стоящих на башнях баллист, которые я уже числил своими трофеями, охранял всего один страж в виде металлического паука. Могли бы вообще все закончить предыдущим вечером, но решили не рисковать по темноте.