— Гулял. — Аур выдержал небольшую паузу и моргнул. — Но наткнулся на странное дерево, источающее ману. Решил посмотреть поближе, увлёкся… А после появился человек, с которым господин Людвиг устроил битву.

— Какие стихии использовал противник господина Людвига?

— Он использовал тёмную магию, сэр. Я в этом уверен.

— Вы видели тёмную магию прежде, дабы точно определить факт её использования?

— Нет, сэр. Но первым, что использовал этот человек, был… рой тёмных, вопящих и стонущих силуэтов, похожих на мертвецов. Они появлялись из тёмного провала за его спиной, который он открыл, коснувшись дерева.

— А вы в это время…?

— Перед тем, как появились силуэты, меня оттолкнул сэр Людвиг, после чего накрыл неизвестным мне защитным заклинанием, а сам вступил в бой.

— В этот момент погибла ваша подруга…?

Аур пытался одновременно и быть достаточно убедительным в своей истерике, вызванной пробуждением не самых приятных воспоминаний, и не переборщить при этом, чтобы врачи, чего доброго, не решили упечь его в индивидуальную палату пусть не с мягкими стенами, но с круглосуточным наблюдением и доброжелательными санитарами за дверью. О методах, при помощи которых психически больных защищали от них самих, чернокнижник был наслышан по большей части из голонета и книг, но даже четвёртую часть подобных мер он бы стерпеть не смог. Следовательно — истерика продлилась около семи минут, и закончилась только после использования солидной дозы успокоительного, обезвреженного магом ещё в пищеводе. Но сразу беседа не продолжилась, так как адвокат убедительно настоял на необходимости дать его подопечному, — Ауру, тобишь, — хотя бы полчаса, на протяжении которых за ним наблюдали медики. И только после их отмашки, подтвержденной согласием «пришедшего в себя» подростка, допрос продолжился, и продлился ещё три часа. Дознаватели имперской канцелярии тасовали вопросы, словно карты в колоде, составляя из них самые разные комбинации, и делалось это лишь ради максимально полной картины произошедшего глазами человека, кое-что в магии понимавшего.

И по всему выходило, что легендарный архимаг проигрывал бой, но вместо отступления решил пожертвовать собой, лишь бы не дать могучему тёмному колдуну привести в действие таинственный ритуал. Таинственный потому, что после отсечения барьером его небольшой части он рассыпался, и, так как помимо энергетических накопителей и общих линий в нём не было элементов, обладающих физической формой, стал неопознаваемым. Единственный факт — энергии в него было влито до ужаса много.

Но, в то время как все считали, будто бы детонация повреждённого магического круга не произошла по чистой случайности, чернокнижник предполагал, что нежелательную катастрофу предотвратили сообщники Людвига. Возможно, они сами приняли такое решение после того как архимаг увяз в бою, или им приказал кто-то свыше. Это, на самом деле, было не так уж и важно.