Чтобы хорошенько подумать, я положил чип на столик перед собой. Вскрыл вторую банку энергетика и выпил ее крупными глотками, продолжая глядеть на носитель информации.
Не, в жопу на самом деле. Гарантии безопасности гарантиями безопасности, но я слово дал. Не нужно мне такого счастья. Могут, конечно, кинуть, но это им же боком выйдет.
Я сжал чип в кулаке, как крошил в детстве печенье. Впрочем, тогда у меня и руки были не чета нынешним.
Встав с диванчика, я подхватил банки, вышел из вип-ложи. Спустился вниз, открыл дверь туалета, вошел, стряхнул в урну осколки чипа и выбросил туда обе банки.
Перед глазами появилось окошко входящего вызова. Фанат. Я тут же принял звонок.
— Молодой, ты еще в клубе? — спросил решала.
— Ну да, — ответил я.
— Подожди меня у входа, нужно кое-куда съездить. Это касается нашего пивного барона.
Пивной барон — это он про Лагера что ли? Это что получается, Шелка уже сломали? Надо съездить, лишние деньги точно лишними не окажутся.
— Да, хорошо, дождусь, — ответил я.
Глава 18
Место, где работали мозголомщики, оказалось самой обычной подпольной клиникой, каких в Новой Москве было немало. Эта, правда, в отличие от клиники Ника находилась не на одном из этажей жилого дома, а в подвале с виду абсолютно заброшенного здания.
Когда-то это определенно был кинотеатр, об этом гласила неоновая вывеска, сейчас, естественно, не работающая. Стекла были заколочены листами из композита, стены изрисованы самыми разными надписями, от вездесущего «Саня любит Маню», до граффити-тегов разных городских банд.
Они вообще на удивление любят такие вещи. Стоит нескольким парням собраться в какое-то подобие банды, они тут же придумывают себе тег. А потом изрисовывают ими все доступное пространство, покрывают чужие теги, а в конечном итоге платят за это кровью.
Видеофона здесь не было, и пропустили нас внутрь просто посмотрев через раздвижное окошко в двери. И когда мы шли через клинику, я понял, что у Ника все еще очень цивильно: отдельные операционные, палаты, звукоизоляция, глушилки.
Нет, глушилки тут тоже стояли, как только мы спустились в подвал, сигнал сразу же пропал.
Однако никаких отдельных комнат тут не было. Оперировали прямо в большом помещении, причем по нескольку человек сразу. Например, у нас на глазах двое рвачей в медицинских халатах, заляпанных кровью, ковырялись во вскрытом животе какого-то молодого парня, а еще один, которому на вид было едва ли восемнадцать, возился между ног какой-то малолетки.
Похоже, что он делал ей аборт. В стране запрещены аборты до пятнадцати лет, если, конечно, причиной беременность не было изнасилование, Но во многих нелегальных клиниках их делают в любом возрасте по пять соток за процедуру. Что там будет с маткой после этих чудо-докторов, хрен его знает, но если ты умудрилась нежелательно залететь при всем многообразии современных методов контрацепции, то ты сама себе злобная дура.