Я застегнул еще два ремня, после чего уселся край кушетки, и достал из кармана куртки вейп. Ник, конечно, будет ругаться на то, что я курю в клинике, но и хрен с ним. Что он мне сделает-то?

— Ну, что думаешь? — спросил я у Ив.

— О чем? — девушка подняла бровь.

— Ну, о том, что сегодня произошло. Вы провернули дело, стали богаче на сто пятьдесят штук каждый, а Рич словил пулю. Уже чувствуешь себя крутой наемницей?

— Не уверена, — она покачала головой. — Их ведь почти всех ты убил. Я так и вообще только и успела пострелять куда-то в сторону их машины, а потом вовремя запрыгнуть в нашу. Вот и все дела.

— Знаешь, это тоже немало. По крайней мере, мы смогли уйти. Живыми. Ник подлатает парня, он немало людей с того света вытащил. Конечно, придется ему заплатить, но Рич уже сам с ними рассчитываться будет. А так все прошло хорошо.

— Сделал больше половины дела, а теперь хвалишь нас, — девушка усмехнулась. — Сам-то, небось, и не в таких переделках бывал?

Я ничего не ответил, только снова затянулся и пожал плечами. Ну да, бывал, но не рассказывать же мне об этом. Хоть, вроде бы, и не первые встречные, спим вместе уже. Правда, не трахаемся.

— Ну, не хочешь, не говори, — проговорила она. — Дай затянуться лучше.

Я протянул девушке вейп, она поднесла его к губам, сделала затяжку и закашлялась. Помотала головой и вернула его мне.

— Что это? — спросила она.

— Трубочный табак с ментолом, — ответил я. — Жижа для настоящих мужчин.

— Ага, конечно, — кивнула она. — Как скажешь.

И замолчала. Я продолжил парить, выпуская дым колечками, которые медленно поднимались под потолок, а потом развеивались. На самом деле по-хорошему спровадить бы ее, да допросить Шелка только вместе с Ником. А в другой, она все равно в наши игры влезла по уши, так что пусть послушает, наверное. Хуже от этого не будет.

Девушка огляделась, и уселась на единственный предмет мебели в палате кроме кушетки — круглый металлический табурет. Так мы и сидели, молча, пока дверь не открылась, и внутрь не вошел Ник, протирая руки дезинфицирующим раствором.

— Ну что там? — спросила девушка, хотя особого интереса в ее голосе не было.

— Жить будет, — ответил рвач. — Через пару дней можно выписываться. Он еще от наркоза не отошел, до завтрашнего утра проспит, это точно. Ну так, во что тебя угораздило ввязаться, Молодой? И что случилось с Чехом? Рассказывай.

— Ты же в курсе про конвой, — сказал я. — Груз мы взяли. Только вот основным кушем был не он, а дочка главы «ИнвестТеха», которую везли по каким-то важным делам на Урал.

— Блядь, — рвач выругался. — Че, политика?