— Знаете, когда-то я верил в чудеса, — говорю я, поправляя гарнитуру в ухе и обращаясь к публике: — верил в то, что они существуют. Но годы идут и я перестал верить в них. Некоторые люди до сих пор верят, но я… например некоторые люди искренне считают, что Дар Любви существует и что я могу заставить любую женщину подняться на эту сцену и раздеться догола. Но зачем же мне искать женщин в зале, если на сцене уже есть красивые девушки, верно? Например… — я поворачиваюсь к Бьянке и она ослепительно улыбается, легко скидывая бретельку маленького черного платья с плеча. Естественно, так, словно вода течет через камни в русле горной реки, она обнажает плечо и черная ткань идет вниз, следуя за движением ее руки и обнажая белую плоть в свете софитов.

— Но! Вы скажете — какое же это чудо, Кента-кун, да ты с ней договорился. Вы же близки. Ты и так каждый вечер заставляешь бедную Бьянку раздеваться перед тобой и… будете правы! Я действительно так и делаю, а кто бы из вас удержался на моем месте⁈ — я улыбаюсь и пожимаю плечами. Из зала раздается смех, свист и легкие аплодисменты. Отлично, я завладел их вниманием. Вернее — не только я. Обнаженные плечи Бьянки и полуспущенная бретелька на ее плече — тоже делают свое дело. Все происходящее транслируется на огромные экраны позади нас и даже с самых задних рядом видно белоснежную плоть под бретелькой и чуть прикушенную губу. Чувственно, глаз не оторвать.

— Но на сцене есть и другие девушки. Хотите — мы проверим Дар Любви на них? А? — я поворачиваюсь к Лисичкам, что стоят сзади Зрячего, они напрягаются и слегка — незаметно со стороны, совсем чуть-чуть — приседают. Переносят центр тяжести, перестают стоять прямо. Все верно, на прямых ногах быстро не среагируешь. Они готовы ко всему. Умницы.

Зрячий слегка хмурится, ему не нравится все, что происходит не по его сценарию, но пока — у него нет выхода. Устроить скандал, развернуться и уйти на глазах его поклонников и широкой публики, будучи снимаемым сотнями камер и даже трансляция в сеть идет прямо сейчас… нет, он не развернется и не уйдет. Все мы зависим от общественного мнения, домохозяйки, повара, блогеры, полицейские и учителя, чиновники и даже лидеры религиозных сект. Особенно лидеры религиозных сект. Вера — это буквально их профессия, их хлеб, их альфа и омега. Это все. И малейшие колебания общественного мнения отслеживаются этими людьми словно чувствительными барометрами, они могут делать вид что им все равно, но на самом деле это не так. Потому — он не уйдет с этой сцены, не поставив свою точку, не показав своей убедительной победы, он позволит мне чуть-чуть отсебятины, позволит привлечь внимание, он подождет… недолго, но подождет.