— В очередной раз поражаюсь твоей способности просчитывать меня — отвечаю я Бьянке: — так ты знаешь, что именно я хочу сделать?

— Конечно — отвечает мне она, пожимая плечами: — это же элементарно. Собрать всех в одном месте и уничтожить. Чтобы все увидели воочию силу твоего злобного гения. Ты соберешь всех своих так называемых «друзей» в одном месте и — бум! У меня еще остался зарин, я его спрятала. Тысячи трупов! И никто! Никто не заподозрит тебя… или меня — я же туда Красный Лотос привела! — у ее блестят глаза: — мучительная смерть тысяч людей! Резня в Сейтеки Два! Ты и я — чудом спаслись! Общество Божественной Истины снова наносит удар! Все подумают на Зрячего и за него возьмутся всерьез. Никто не поверит ему, что он тут не при чем. Но! Но сам Зрячий будет знать, что это не он! Что это — ты! Представляешь, какой кромешный ужас поселится в его душе, когда он поймет это⁈ Что ты способен на такое со своими близкими и друзьями, и что ты сделаешь с ним! Что ты на самом деле — безжалостное чудовище без моральных ограничений! Я… я сейчас кончу… — признается она, стискивая коленки и чуть приседая на ослабевших ногах.

—… — я моргаю, глядя на нее. Это все, на что я сейчас способен. У меня нет слов. Вернее есть, но все они исключительно нецензурные и исключительно междометия.

— Он будет метаться по своей темной комнате… а мы — сперва мы уберем ближних к нему людей. Желательно — на похоронах, после этого будут похороны, все будут думать, что ты там и никто ничего не заподозрит… а мы с тобой — похитим Зрячего! И поместим в тайное место, я все уже подготовила. Купила зубоврачебное кресло и инструменты! Мы можем позвать Шизуку — она будет в горе от потери друзей… и дадим ей поиграть с ним! Недолго… несильно, чтобы он не умер от болевого шока. Я купила адреналин, дефибриллятор, медикаменты, бинты — все, чтобы он оставался жить долго-долго! Для всех снаружи — мы будем в трауре, горевать о потере, а на самом деле — проведем медовый месяц прямо на теле умирающего Зрячего! О… нет, я сейчас кончу! Тск! Арр… — Бьянка опирается на перила смотровой площадке и содрогается всем телом в судороге. Я обхватываю ее за плечи и перехватываю осуждающий взгляд от одинокой парочки неподалеку.

— Если нанести глубокие и острые порезы тонким лезвием… скальпелем например, то когда мы с тобой будем сверху на нем — наши соки будут разъедать его тело причиняя мучительную боль, доставляя ему двойную боль, боль соляным раствором, проникающим в рану и боль унижением, боль абсолютного доминирования над тем, кто осмелился встать против тебя — говорит она сквозь зубы: — ты просто прекрасно все придумал! О… ты просто великолепен!