— Когда? Когда, мать твою, ты успел?
— Не так давно.
— Нет, это невозможно! Ты ведь сначала должен был стать отказником!
— И я стал. В отличие от тебя у меня все прошло быстро и без последствий.
— Нет, и все-таки я не понимаю! Получается, ты получил щит…
— Практически сразу после тебя.
— Но зачем тебе это?
Мужчина нахмурился, но ничего отвечать не стал. Я заподозрила, что что-то здесь не так. И решила выяснить правду. Меня достали тайны и недомолвки.
— Вов, если ты сейчас же все мне не расскажешь, я выйду из машины, понятно?
— Не получится. Я заблокировал двери.
— Тогда начну буянить! И… Нет, хватит угроз. Я правда хочу знать, что происходит. Пожалуйста, давай не будем больше обманывать друг друга! Я слишком устала, что все вокруг ведут свои игры. Давай хотя бы ты не будешь мне врать.
Вова нахмурился и с обидой посмотрел на меня.
— Знаешь, Жень, я бы тоже хотел правды. Ты ведь также ведешь свою игру, вечно проворачиваешь свои дела за моей спиной, недоговариваешь. И от этого у нас возникают проблемы. Хватит. Давай уже действовать сообща.
— Ты просто не понимаешь! Я боюсь, что ты можешь погибнуть!
— Ты не поверишь, но я тоже очень боюсь, что тебя во время очередной твоей безумной вылазки убьют, а я и семья этого даже не узнаем!
— Если я умру, в этом не будет ничего страшного. Я уже очень долго живу! Даже слишком. Мне пора уходить, понимаешь? Но я не могу. У меня осталось одно незаконченное дело. И…
— Знаешь, Жень, лучше заткнись! Ты жуткая эгоистка! Ребенок в теле взрослой женщины! Тебе вроде уже много лет, а ты дальше своего носа не видишь! Думаешь, что если умрешь, то кому-то от этого станет лучше?
— Я не эгоистка, я просто…
— Хватит! Оглянись! Неужели ты ничего не замечаешь? Лия привязалась к тебе! Гришка вообще от тебя без ума! Ты ведь, по сути, стала его второй мамой. А вспомни Надю. Она тебя очень любит! Как и вся ее семья. И я… Я тоже…
Вова резко отвернулся, а я вдруг почувствовала себя отвратительно. Владимир был прав. Я так сильно зациклилась на себе и своих проблемах, что перестала обращать внимание на других людей. Лия тянулась ко мне. Возможно, ей очень не хватало мамы. И Гриша тоже волновался за меня, иначе не сорвался бы сразу в захваченное террористом убежище. И Надя…
Я задумалась. А ведь хотела ли я действительно уйти из этого мира? Теперь, когда чувствовала все особенно остро, когда мне больше не нужно было прятаться, и близкие люди находились рядом. Нет. Не хотела. Мне нравился этот новый странный мир. И пусть я с трудом могла себе в этом признаться, но мне нравилось возиться с ребятней. Ругаться с Леоном и Сарой, сбегать, ворчать… В такие моменты я чувствовала себя такой живой!