— Вов, я все видела. Давай теперь быстрее заберем тех двоих, пока их не превратили в рассыпашек.
— Не передумала? Может, ну их. Спасти всех все равно нельзя.
— Но мы хотя бы попытаемся!
— А ты не боишься, что их уже привили новой вакциной? Стоит Высшим подать сигнал, и они превратятся в наших врагов.
— Или станут такими, как тот парень, — шепнула я, чувствуя, как тошнота снова подкатила к горлу.
— Да, или так.
— И все-таки мы попробуем! И я даже вижу, как это лучше сделать. Мы не пойдем через основной корпус. Мы пройдем по тоннелю дальше. Прямо до крематория.
— Круто! А как выйдем наверх, а?
— Через подвал крематория.
— Жень, ты шутишь, что ли?
— Нет. Я четко вижу там проход.
— Откуда ему, мать твою, там взяться?
— Не знаю. Возможно, он там был всегда. В былые времена во многих домах такие имелись. Они вели прямо вниз, в подземные катакомбы. А может, проход сделали потом, чтобы утилизировать невостребованный родственниками прах. Вряд ли руководство больницы стало бы хоронить сожженные останки за свой счет. Это дорого. В лесочке тоже просто так не закопаешь: вдруг кто-то увидит. Скандал и все дела. А так очень удобно. Скинул прах в катакомбы — и все, даже выходить из здания не нужно. Как говорится, концы в воду.
— Это бред! На утилизацию праха государство выделяет большие деньги!
— Которые можно прикарманить. Здорово же, правда?
— Ладно, оставим споры. Меня больше волнует, что ты предлагаешь нам отправиться прямо в руки к рассыпашкам! В уже приготовленные камеры. Добровольно!
— Ну не совсем. Я предлагаю выйти и устроить звуковую диверсию, как раньше. И под шумок быстро забрать наших заложников и вернуться в катакомбы.
— Хорошо. Так и поступим. Только давай скорее, — согласился Вова, а затем снова посмотрел на часы.
— Что ты делаешь? — удивленно спросила я.
— А что я делаю?
— Время постоянно проверяешь. Зачем?
— Все потом. Вперед, нам пора.
Я кивнула, и мы отправились в путь, чтобы остановиться аккурат под крематорием. Как я это поняла? Во-первых, по запаху. А во-вторых, по серому пеплу, как снег, устилающему пол под ногами. Я оказалась права. Прямо наверх вела труба, через которую пепел и попал в катакомбы. И через нее вполне мог протиснуться человек. Но вот проблема. Лестницы не было.
Я вздохнула и быстро посмотрела на свою руку, на которой показались когти. А потом подумала, что это может сработать. Я уже хотела начать подъем, как вдруг Вова вцепился в меня клещом.
— Одна ты не пойдешь! — недовольно гаркнул он.
— А что делать? У тебя когтей нет. Жди здесь!
— Ага, чтобы тебя там порвали?