— Все верно. Они стали пустышками. Как бабушка Пушного.
— Да. Мы не знали, что с ними делать. Зоя вызвалась помочь. Мы заполнили ее больницу этими… людьми. А потом они умерли.
— И это логично. Они остались без пользователей и не могли прожить долго.
— Да, но об этом стало известно общественности!
— То есть как? — удивилась я.
— Долго рассказывать. Жень, ты была в отключке полгода. За это время много всего произошло.
— Твою мать! — только и смогла выговорить я.
— Да. Мы продержали людей в больнице Зои несколько месяцев. Все это время агенты зачищали города, восстанавливали инфраструктуру. Потом жители вышли из бункеров. И те гниды, которые бегали перед новыми Высшими на задних лапках, пытаясь уйти от ответственности, начали воду мутить. Обвинили во всех бедах Альянса Совет и меня, главу! Сами долго прятались, как крысы, но мы их отловили. Проблема заключается в том, что они успели взбаламутить народ. Многие люди, обозленные смертью своих близких и разрушениями, начали возмущаться. Сначала между собой, но потом всеобщее недовольство начало расти как снежный ком! А после чертов Пушной умудрился пролезть на телевидение и выступить перед жителями. Он рассказал о тысячах погибших, которых якобы убили агенты. Продемонстрировал, как выносят трупы монстров из больницы Зои. А знаешь, кто помог этому уроду со сбором информации? Журналисты! Две тупорылые девахи, которые хотели славы. Так они сказали, когда их арестовали. Жень, ты была права. Пушного сразу надо было валить.
— Не надо. Он создал ту дрянь, которая уничтожила подземного монстра. Без нее мы так и продолжали бы сидеть в бункерах, — вздохнув, сказала я и встала.
— Жень, ты чего? — обеспокоенно спросил Вова.
— Мне пора возвращаться в мир. Вот ведь! Стоило вас ненадолго оставить, и очередной песец грозит уничтожить Альянс, который мы только-только начали восстанавливать!
— И не говори! — вздохнул Олег. — Мы столько сделали для людей, спасли их от рассыпашек, показали им правду и монстров, которые когда-то чуть не уничтожили наш мир, а они поверили какому-то психованному проходимцу и двум бабам, готовым ради популярности родную мать продать. Этот мир… Он насквозь прогнил. И я больше не знаю, чем ему помочь.
— Не нужно сдаваться! — тихо сказала я и сжала плечо друга. — Мы же с тобой из старой гвардии! А Древние не сдаются и идут до конца. Мы уже столько апокалипсисов пережили, так что одним больше, одним меньше… А волнения и недовольства были и раньше. Будем действовать по проверенной схеме. Разгоним протестующих, накажем организаторов, успокоим народ. Все как всегда.