Судя по взглядам, какими обменялись между собой Фирюбин и Неделин, мне было понятно, что они слегка обалдели от того, с какой легкостью я произношу вслух имена людей из царствующей ныне в Великобритании династии. Я это делал специально, потому, что они ну никак не хотели признавать во мне очень популярного певца и музыканта. Они считали, что это легко и просто занимать своими песнями все высшие места музыкального хит-парада Англии. Это как Промокашка из фильма «Место встречи изменить нельзя» завил: «Это и я так могу» на виртуозное исполнение Шараповым на пианино этюда Шопена ор.25 № 2 фа-минор. Для Промокашки лучшей песней всю его сознательную жизнь была «Мурка», а этюд Шопена он и сам сыграть сможет.
Они не хотели признаться самим себе, что какой-то четырнадцатилетний юнец уже достиг большего, чем они смогли за всю свою жизнь. Вот поэтому я их, как будут говорить через сорок лет, и троллил. И окончательно добили их именно мои прекрасные отношения с венценосной семьёй. Чью-то музыку можно не любить и рожу при её звуках кривить, а вот с Её Величеством королевой такое не пройдёт.
К самому Букингемскому дворцу нас на машине, естественно, никто не пустил, поэтому мы, зная об этом, приехали с запасом по времени и остановились недалёко от дворца, чтобы продолжить путь пешком. Мы прошли мимо мемориала Виктории, расположенного в центре Королевского сада перед дворцом, и направились к воротам. Я обратил внимание, что над крышей резиденции Её Величества развевается британский флаг, а это означает, что королева находится в здании. Самое удивительное, что весь этот огромный дворцовый комплекс был личной собственностью Елизаветы II.
Неделин сопроводил меня до ограждения и сказал, что будет ждать меня здесь. Мой путь лежал к парадному входу во дворец, так как через него могли входить только венценосные особы или гости, прибывающие по личному приглашению Елизаветы II. Ещё на подходе к огромным воротам у меня проверили приглашение и сопроводили ко входу во дворец двое пеших гвардейцев в ярко-красной форме и высоких медвежьих шапках.
В Большом холле меня встретил нарядно одетый в вышитую золотом ливрею служащий, в обязанности которого входило встречать посетителя у дверей, по старинке его продолжали именовать шталмейстером. Ещё в его обязанности входило проводить визитера к королеве и ввести его в приемную, а затем, церемонно, торжественно и низко склонив голову перед королевой, четко и громко произнести его имя и фамилию, представляя Её Величеству.
Шталмейстер поклонился мне и я ему ответил тем же. Мы поднялись на второй этаж по Парадной лестнице, ограждённой позолоченной балюстрадой. Сразу стали видны великолепные колонны, каждая из которых была высечена из цельного куска каррарского мрамора с прожилками. Венчал же их, на самом верху, под потолком, капитель коринфского ордера из позолоченной бронзы. Да, вот это красотища, как в каком-либо музее. Так ведь это и есть самый настоящий музей. Когда королева на лето покидает дворец, толпы туристов посещают его каждый день, любуясь этим великолепием.