Далее, по коридору Короля, пройдя мимо бесчисленных открытых залов и закрытых кабинетов, меня привели в Зеленую гостиную. Её пол украшал пушистый красный ковёр, а стены, как и мягкая мебель, были сочного зеленого цвета. На одном из столиков я заметил большую ароматницу в виде корабля с гербом Парижа. Эта вещица, видимо, принадлежала маркизе де Помпадур. Я знал, что после Зеленой гостиной следует Тронный зал, дверь в который была пока закрыта.
Шталмейстер открыл тяжёлые двери и громко объявил моё имя и фамилию. Я вошёл в знакомый по многочисленным фотографиям Тронный зал, где в одном из двух красных бархатных кресел с высокими спинками восседала Её Величество королева Елизавета II. Второе кресло было свободно, поэтому была видна золотая буква «Р» (Philip). Передо мной предстала женщина на сорок лет моложе той, которую я привык видеть на фотографиях двухтысячных годов. Я поклонился почти глубоким поклоном, отдавая ей дань уважения, как монарху. Королева улыбнулась и слегка кивнула мне в ответ. В зале находилось ещё человек пятнадцать народу, среди них были три фотографа, которые стали фотографировать нас с королевой сразу после моего появления в Тронном зале. Также я заметил в отдалении невысокого молодого человека лет четырнадцати, в котором я опознал принца Эдуарда. Я также поклонился и ему, но обычным поклоном. Он мне тоже улыбнулся и кивнул, повторяя жест своей матери.
Перед двумя королевскими креслами была установлена специальная низкая банкетка со спинкой-ручкой. Я подошёл к ней и встал. Королева спустилась на первую ступеньку, и ей поднесли, на бархатной подушке, церемониальную шпагу. Именно шпагой, а не мечом, уже давно совершают обряд посвящения в рыцари. Я встал на одно колено и оперся на ручку банкетки. Королева взяла шпагу правой рукой и опустила её сначала на мое правое плечо, а затем на левое. По окончании этого прозвучала знаменитая на весь мир фраза: «Посвящаю вас в рыцари!» После чего мне разрешили встать и королева повесила мне на шею ленту со знаком рыцаря-бакалавра. Но самое ошеломляющее событие случилось дальше.
— Своей монаршей волей, — сказала королева торжественным голосом, — я повелеваю, в награду за два совершённых вами героических поступка, именовать вас отныне, при официальном к вам обращении, сэром Эндрю.
Было радостно и неожиданно услышать это от самой королевы. Это был исключительный случай для иностранцев, но такова воля Её Величества. Боже, храни королеву! Теперь, если я женюсь на Солнышке, то её нужно будет официально величать леди Светлана, и никак иначе. Я поклонился королеве и сказал слова благодарности.