— Как же быстро растут чужие дети. Вон, как вымахал.

— И не говорите, — согласился юноша. — Я бы снял костюм, продемонстрировал свои мышцы, вот только я же не ваш внук.

— Что? — не понял Михаил.

Тогда Мартин рассказал позорную историю про Гордея, как тот сильно любит красоваться перед зеркалом, показывая свои мышцы.

— Ахах… у вас случайно ворон в роду не было? Эта птица точно любит зеркала…

Единственный, с кем было комфортно это с ним. Они ещё чуть-чуть посмеялись, чтобы перейти к сути.

— Смотрю, работу выполняешь.

— Вы про просьбу Зои?

Не стоило много трепать языком. Поэтому полунамёками, они поняли, что каждый понимает задачу Мартина. А именно сблизиться с оккультистами.

— Я закинул удочку, не переживайте. Она не сорвётся. И у меня просьба есть.

— Какая?

— Не могли бы вы забрать у меня Молочай и отвести к «ней».

Не поняв ситуацию, Михаил не знал, что и ответить. Раз была такая просьба, он выполнит и кивнул, но всё же спросил:

— А тебе зачем?

— Боюсь его испачкать… — сухо ответил Мартин.

Что имел в виду юноша, старик не понял. Ему главное, что тот довольно успешно начал внедряться в организацию оккультистов. Ведь остальных людей Оливия не подпускала к себе близко, и он впервые видит такой дикий интерес с её стороны.

«Стоп. Интерес? Неужели он говорит об опасности?»

Что именно имел в виду Мартин, он не успел спросить. Ведь тот уже ушёл, вместе со своей сестрой.

* * *

— Теперь мы можем идти?

Хоть и недовольно, Мария пробурчала себе под нос:

— Ага.

На улицу не хотелось выходить. Глубокая ночь, ноябрьский холод и дождь. Она была в красивом платье, которое не хотелось марать.

— Не волнуйся. Ещё будет шанс, и мы отдохнём.

А пока роллс-ройс подъехал к выходу. Они сели в машину, и та со свистом тронулась.

— Что ты делаешь?

Непонимающе посмотрела на него Мария, когда тот начал снимать с себя пиджак и надевать нагрудник, застёгивая ремни. Юноша пыхтел и кряхтел, но торопился.

«Какая же неудобная вещь.»

— А? Я?

— Ну, не я же. Ты так хочешь примерить доспехи? Тебе не кажется это немного по-детски вести себя так? — попыталась пошутить Мария, но её тон носил скорее воспитательный посыл.

— Ничего, ты только пристегнись… И тоже активируй свою каменную кожу.

Сейчас и до девушки начали доходить странные мысли. Парень и девушка потратили на аукционе тридцать миллионов, и вот сейчас, ночью, они едут по безлюдному шоссе, где из-за дождя ничего не было видно.

— Нет… Этого не может быть…

До последнего девушка верила, что такой прекрасный вечер не будет испорчен. На глазах наворачивались слёзы, но юноша точно понимал: