— А вот за это реально спасибо! — обрадовался Пашка. — Сын в восторге будет, у него такого нету. Заходи уже, нечего на пороге тереться.

— Да пустяки, — отмахнулся я и вслед за приятелем прошёл в пустую комнату, освещённую десятком свечей, в которой имелось несколько дверей. — Если надо, хоть весь магазин детских игрушек перетаскаю. Как обстановка в городе? — уже гораздо тише поинтересовался я и покосился на коллег Пашки, которые досматривали других рейдеров.

— Да мутное что-то происходит, — уже шёпотом продолжил приятель. — В Цитадель все большие шишки Ковчега съехались. Уже второй день заседают. Слухи разные в городе ходят. Мол, что-то случилось на западной границе. Мол, московский Очаг активизировался, и твари какие-то необычные оттуда попёрли, которые не боятся холода.

— Хрена се! — присвистнул я. — А не байки? Ладно слияние, в это я могу поверить, но чтобы вот так твари на постоянку переть к нам начали… На бред похоже.

— Похоже, — согласился Пашка. — Но есть у меня подруга, кхм, то бишь знакомая, — тут же поправился этот местный Казанова, о похождениях которого можно легенды слагать, — что на телеграфе работает, так она недавно радиограмму получила о нападении монстров на каменскую заставу. Подробности ей неизвестны, её сразу домой отправили, но вроде как нет больше заставы близ Каменска. Снесли её твари.

— Хреново, если так, — нахмурился я. — Крепкая застава была. Не раз там бывал. И мужики там матёрые служили.

— В общем, хочешь верь, хочешь нет. За что купил, за то и продаю. Вот только неспроста совет иерархов собрался. Помяни мои слова, не к добру вся эта суетень, — резюмировал Пашка, тем самым как бы поставив точку в обсуждении, потому как на нас уже начинали косо посматривать его коллеги. — Ладно, ты забегай к нам на ужин завтра, там и поболтаем, а сейчас держи ключ от своей ячейки и выкладывай всё запрещённое. С тебя три инта, кстати. В ведомости есть отметка, что ты только неделю оплатил, так что деньги вперёд. И учти, если попадёшься с контрабандой на территории Цитадели, мне прилетит по шапке, так что рассчитываю на твоё здравомыслие.

— Не попадусь, можешь не переживать, — ответил я, и Пашка хрюкнул, едва подавив порыв расхохотаться в голос, а потом обречённо покачал головой и махнул в сторону двери с ячейками для хранения личных вещей: иди, мол, шутник.

Передав Пашке три медных инта, направился к своей ячейке.

— Я чувствую на этом металле остаточные следы эттерниума, — проявилась Ада.

«Ага, — мысленно ответил ей я. — Медь — весьма распространённый металл. Чтобы избежать фальшивомонетчества, перед чеканкой металл для интов специальным образом обрабатывают паладины. Если сжать инт двумя пальцами, то почувствуешь лёгкое покалывание. Так любой человек может отличить подлинный инт от фальшивого. С золотом такой фокус у мастеров Ковчега не получился, и для защиты монет от подделок пользуются чисто земными уловками. Но раздобыть золото и попытаться отлить из него монеты гораздо сложнее, чем из меди, поэтому фальшивые коины попадаются редко, а инты никто не подделывает из-за лёгкости проверки подлинности. Тупо нет смысла, — пояснил я. — Но я ведь теперь могу сделать идеальную копию, так что можно прошерстить отделения банков в центральных контурах Очагов и наклепать себе коинов сколько надо».