Округлые линии двух шарообразных оснований, от которых расходились имитирующие волосы линии, проходили как раз сквозь выбритые места на месте бакенбард.
Эти две сферы соединялись плавной линией у него на лбу, где имелся овал с небольшой вертикальной черточкой.
Внешне все это отдаленно напоминало все тоже самое, что генерал мог видеть ниже своего пояса.
Он наклонился, нанес на лицо скраб, чтобы убрать это непотребство, а когда поднял голову, то заметил еще кое-что.
На коже головы, прямо в центре тонзуры, имелись черные буквы.
Прославленному генералу хотелось расплакаться.
И так, и эдак, он изворачивался, чтобы понять что же там за сакральные символы нанесены на его голову.
Может ли это быть знак Избранного, который благоволит королевской семье и героям прошлого?
Не добившись ничего своими силами, генерал позвал слугу.
Пряча глаза, как и подобает правильной рабыне, молодая девушка, краснея, все же помогла ему разобраться с символами на макушке.
Служанка прочитала.
Да, это простые буквы, а не магические символы, что даровали бы ему великие знания и силу.
Но ведь даже такие знаки просто так не появляются на голове человека, спящего под самой надежной охраной!
— Что это значит? — опешил полководец, радуясь тому, что под скрабом не видно рисунка полового члена на его лице.
— Не знаю, господин, — да что вообще может понимать какая-то там рабыня? — Но рядом есть стрелочка. Наверное, надо читать надпись с другого конца…
— А ну-ка! — с помощью все того же скраба генерал нанес буквы прямо на зеркало. — Алиух… А если наоборот, то…
Крик отчаяния разнесся по всему родовому поместью генерала Триплескара.
Глава 21
— Мне кажется, но эта жужжалка нас выдаст, — произнесла шепотом Дари, недобро покосившись на мой триммер, смахивающий щетину с лица. — Она же шумная!
— Жила б ты в нашем обществе такой же одинокой, как и сейчас, жужжащие предметы не вызывали б у тебя столько негатива, — ответил я, убирая под носом растительность.
— Не знаю что ты имеешь ввиду, но… Почему ты смеешься? — шикнула воительница на давящую смех обеими руками Минерву.
— А звездолобая-то в теме, — оценила лолька, отрываясь от наблюдения.
— Это-то и печально, — вздохнул я. — Такие молодые. Им бы жить да жить, дышать, сосать, глотать и принимать, а они воюют…
«Идет начисление очков злодеяния».
Хм, а кто-то из них точно оскорбился.
Но, кто?
Поджавшая губки Дари, или давящая смех Минерва?
— Не слишком ли много разочарования в твоем голосе? — поинтересовалась андроид.
— Знаешь, по законам анимэ Страны Зачахшего Бонсая, когда у лидера отряда появляются девушки в команде, то они его обожают, восхищаются и так далее, — пояснил я. — А тут же… Две бестолочи.