Хотя если вспомнить слова Ильи, такие, как она, нередко отказывались от всего человеческого и уходили жить в горы или куда-то ещё. Так они усиливают свой дар, заставляя тело эволюционировать и адаптироваться к новым условиям жизни.

Когда мы поели, запрягли Васю в сани, и она всех нас повезла. Пришлось бросить часть груза, чтобы уместиться на санях. Часть взяли в руки. И поехали…

Женя… да и остальные женщины визжали от скорости, а Вася неслась словно снегоход, и к моему счастью, она знает все окрестности Челябинска, ну и отлично ориентируется в пространстве.

Так что до нужного места мы добрались на удивление быстро, и как же я был рад, увидев, что деревушка в целости и сохранности. Из дымоходов шёл дым, улица расчищена лопатами, но народа не было видно. Морозно, и все дома сидят.

— Сейчас вернусь, — погладив волчицу по голове, кинул взгляд на людей и направился в дом бабы Люды. Её калитка как обычно была не заперта. Так что вскоре я оказался на пороге дома и постучал.

— Бягу-бягу! — раздался весёлый голос, и вскоре дверь открыла она. — Миша! — старушка, укутанная в плед, бросилась меня обнимать. — Заходи давай… О! Ты не один? Пусть все заходят! — заметила она народ перед забором.

— Спасибо, — махнув рукой, зашёл в дом. — Баб Люд. Сейчас я Сергей. По крайней мере так меня зовут официально.

— Да какой ты Сергей! — рассмеялась та. — Мишка ты. Стопроцентный Мишка. Но ладно. Что произошло-то? Я думала, ты в ПОПАЗе.

— Был там, но всплыло моё прошлое… — покачал головой. — Неважно. Сейчас теперь я стал куда сильнее и буду добиваться справедливости.

— Вот как… Только не рискуй сильно… — она прижалась к моей груди, сильно переживая обо мне. И тут открылась дверь.

— Здрасти, милая женщина, — в дом вошёл Тимурыч и приподнял шапку-ушанку.

— Здрасти, проходите-проходите. У меня хоть и тесно, но гостям я завсегда рада, — бабушка мигом всех приняла, раздела и усадила. Внимания на то, что все ходят в рванье, она даже не обратила. Впрочем, в деревне ходить в поношенной одежде — это обычное дело.

— А мы не с пустыми руками, — заулыбался Тимурыч, притащив с улицы мешок риса. Старик быстро перетаскал в дом все наши припасы. А потом в дом заглянула она.

— Матерь божья! — перекрестилась Баба Люда, глядя на огромную волчицу.

— Она хорошая! Это добрая волчица! Она нас привезла! — за Васю вступилась маленькая Зина, за что была облизана, и девочка рассмеялась. Язык-то шершавый. Щекотно.

— Ох. Раз хорошая, то пусть входит.

Вася кивнула и зашла, при этом хвостом закрыла дверь.

— Какая умница! — восхитилась старушка, а волчица осмотрелась и, забравшись под стол, чтобы не мешаться, легла отдыхать. Правда, она там едва уместилась…