Перед ними на коленях стоял побитый Андрей, а к его голове приставлен пистолет ещё одного бандита.

Я выстрелил два раза… Это уже было выше моих сил.

Череп, чей череп оказался пробит, а также второй бандит, державший на прицеле Андрея, рухнули.

Евгения тут же сползла на пол и, закрыв лицо руками, зарыдала, а её брат потерял сознание. Хотя, похоже, он и до этого его потерял. И вдруг раздались вопли. Я выскочил наружу и увидел, как Анастасия, завалившись на того бандита, походившего на змея, била его ножом. Все остальные… Также были мертвы.

— Если бы мы их отпустили, после того как ты пристрелил Черепа, нас Карлос живьём скормил бы собакам, — выкрикнула женщина, вся измазанная в чужой крови.

Кивнул и вернулся в автобус. Бабуля уже ухаживала за одноногим Иванычем, перевязывая его раны. Тимурыч, это который старик с шапкой ушанкой, оказывается, в порядке. Просто симулировал, чтобы его сильнее не избили.

— Зачем они пришли? — спросил я, подбирая второй пистолет.

— Грабить… зачем же ещё… — ответил старик. — Та мразина, Людмила которая, наверняка наплела Черепу, — кивнул он на труп, — что мы едва ли не восстание решили устроить. А ему главное повод. Он уже давно на Женьку глаз положил. А тут у нас ещё и деньги появились, да и на наши припасы на зиму он слюни пустил.

— Ох, что теперь делать-то… Что делать-то… — что-то бормотала старушка.

— Что-что! Делать вид, что мы не знаем, куда делись эти мрази, — в автобус вошла Анастасия. — Скажем, что слышали стрельбу и вой чудовищ. Тимурыч, помогай. Бабуль, на тебе остальные. Нужно от трупов избавиться.

— А что сразу Тимурыч? Я как бы пострадал… — начал оправдываться старик, но, увидев суровый взгляд окровавленной женщины, замолчал.

Мы вышли на улицу и первым делом нам приказали… именно приказали, тряпками перевязать раны трупов. Чтобы кровь не натекла. А затем мы потащили их подальше.

И здесь, оказывается, есть немало «интересных мест». К примеру, автобус, похороненный в груде мусора, причём вертикально. Как я понял здесь было что-то вроде «лавины из мусора». Вот он и перевернулся.

В этот автобус мы и сбросили все тела. В течение месяца, по словам Анастасии, от них останутся лишь кости. И то не факт, что останутся… Здесь весьма «суровые» крысы. И да, я уже успел в этом убедиться.

Провозились мы до середины ночи, а ещё до автобуса шли, трясясь от холода, потому что одежду, испачканную в крови, также бросили к трупам.

К нашему возвращению территория у автобуса уже была прибрана и отмыта от крови. Внутри же… К моему удивлению, никто не унывал. Кроме Андрея, который лежал в кровати с перевязанной головой, все остальные уже пришли в себя. Даже одноногий. Он уже сидел на своём кресле, но выглядел неважно. Сильно его побили. Благо, ничего не сломали.