Мы ехали по ночному городу. Огни фонарей мелькали за тонированным стеклом, как чужие, недоступные звезды. Я смотрела на них и думала о матери.

О том, как сегодня утром, перед работой, она звонила мне счастливая и взволнованная: «Алиса, представляешь! Мне позвонили из клиники! Говорят, есть экспериментальная программа, бесплатная! Специалисты из-за границы!» Ее голос дрожал от надежды, которую я не могла у нее отнять. Не могла сказать, что эта надежда всего лишь приманка в капкане, расставленном для меня.

Руслан не просто угрожал. Он действовал. Точно, расчетливо, выискивая самое уязвимое место. Как всегда.

Машина замедлила ход, и мое сердце заколотилось с новой силой. Мы подъехали к черным кованым воротам, которые медленно, с тихим гулом, распахнулись. Перед нами была аллея, усыпанная гравием, ведущая к дому. К особняку.

Он не изменился. Массивный, из серого камня, с огромными окнами. Цитадель. Тюрьма.

Машина остановилась. Аслан вышел и открыл мне дверь. - Иди, - коротко бросил он.- Тебя ждут.

Я вышла. Ноги стали ватными. Прохладный ночной воздух обжег легкие. Я подняла глаза на фасад. На том самом балконе на втором этаже, где мы когда-то пили вино и смотрели на звезды, теперь стояла темная одинокая фигура Руслана. Он смотрел прямо на меня.

Я вошла внутрь. Широкий холл с мраморным полом и парящей лестницей. Все то же самое. Блеск, холод и бездушие. Тот самый мрамор, на котором... Я резко отвела глаза. Из гостиной вышла Амина, мать Руслана. В строгом темно-синем платье, с седыми волосами, убранными в безупречную гладкую прическу. Ее лицо, испещренное морщинами, которые не старили, а лишь подчеркивали ее властность, казалось спокойным. Но глаза... они оставались холодными, как ледники. - Вера, - произнесла она, и мое имя в ее устах прозвучало как неприятный факт. - Наконец-то ты вернулась домой. Руслан так переживал. Она не улыбалась. Она изучала меня. - Я не вернулась. Меня привезли силой,- сказала я тихо, но твердо. Амина недовольно вздохнула, словно услышала капризы непоседливого ребенка. - Сила.. понятие относительное, милая.

Иногда то, что кажется силой, является заботой. Руслан хочет тебя обезопасить. От тебя самой. После всего, что случилось. В ее словах не было прямого обвинения, лишь ядовитый намек. Она знала, во что верит ее сын, и поддерживала эту версию. - Отведи ее в комнату, - раздался сзади голос Руслана.- В восточное крыло.

- Я знаю дорогу, - попыталась возразить я, но мой голос прозвучал слабо и неуверенно. Амина посмотрела на меня с легким презрением. - Многое в этом доме изменилось. Она мягко кивнула возникшей рядом с нами пожилой женщине в строгом черном платье. Заира, экономка, которая служила в этом доме еще при отце Руслана. - Заира! Покажи Вере ее комнату. Меня провели по длинным коридорам в ту часть дома, которую я почти не помнила. Гостевые комнаты. Комнаты для тех, кого не хотели видеть в главных залах. Она открыла тяжелую дубовую дверь. - Вот. Ужин принесут сда. И она ушла, оставив меня одну.