Если у Платона нет никакой власти и он постоянно теряет сознание от бессилия, значит, я все же ошиблась. Тогда проще сбежать. Кем бы этот мужчина ни был, против Альбеску ему не выстоять.
– Знаешь, я подумала… Спасибо большое за обед, но, наверное, мне пора идти. Не буду пользоваться твоим гостеприимством. Ты дальше и сам справишься.
Я отставила тарелку и уверенно качнула головой, поднимаясь из-за стола.
– Не-а. Никуда ты не пойдешь.
Это была не угроза, но такой спокойный ответ, в котором читалась полная уверенность в своих словах. Платон не колебался.
– Почему это? Ты что, запретишь мне?
Пф, через окно вылезу, если придется.
Платон вздохнул:
– Я же объяснил: на дом наложены чары. Отсюда никто не сможет выйти просто так. Это невозможно.
– И что ты предлагаешь делать?
Меня охватила легкая паника. Я как будто добровольно угодила в сети, из которых теперь не выбраться.
– Ну, войти сюда тоже проблематично, чары действуют в обе стороны, – без улыбки сказал Платон. – Ты сможешь уйти, когда я восстановлю силы и вновь смогу открыть проход. Пока же подумай: возможно, внутри тебе будет лучше, чем снаружи.
– Если Альбеску выйдет на мой след, то его не остановят никакие чары…
– Ну, пусть заглядывает на огонек, – невесело усмехнулся Платон.
Что-то в его голосе заставило поверить этому мужчине. По крайней мере, у меня будет небольшая передышка. Низшая нечисть сюда не явится, а чтобы отследить Адрона, найти особняк и связать меня с ним – еще придется заморочиться.
Кроме того, я попытаюсь выяснить, кто такой этот Платон и что умеет. Чем он может быть мне полезен.
– Ладно, я приму твое предложение. Где мне разместиться?
Платон нахмурился, как будто этот вопрос волновал его меньше всего.
– Выбери любую открытую комнату и спи там. Мне плевать.
Я кивнула.
Можно сказать, это лучший исход из возможных. Еще утром у меня не было ни единого шанса на спасение. А теперь есть крыша над головой, чары, которые никого не пустят внутрь, а еще этот мужчина. Не самый приятный собеседник, зато в душу не лезет и с расспросами не пристает.
В целом меня устраивает.
Смотри-ка, Марьяна, у тебя появилось временное убежище.
Глава 2
Со стороны послышалось тихое жужжание. Я даже не сразу сообразила, что это, а вот Платон напрягся и, сделав несколько шагов в сторону барной стойки, взял с нее… мобильный?
– Вот… – Фразу он закончил одними губами, и это явно было какое-то ругательство. Он сделал над собой видимое усилие и взял трубку. – Привет, брат.
Я не слышала, что там ответили, но, учитывая, что Платон отвел трубку в сторону и несколько секунд переждал, прежде чем снова поднести к уху, на том конце провода кто-то был явно недоволен.