— А почему это Меньшиковы жалуются тебе? Что-то случилось?

— Ой, Толик, не начинай. А то они такие тупые и не поймут, где действует имперский спецназ, а где родовые воины или наемники. Ручаюсь, что поработал или Вася из Тайных Операций, или Гриша из Посольского Приказа. Только они могут все сделать быстро и незаметно. Хотя в чем-то прокололись, раз Меньшиков жалобы строчит.

— А на что жалуется-то? Вроде мы к нему не наведывались.

— Да говорит, пациента у него из больницы важного выкрали. Ворвались так нагло, всю охрану мордами в пол ткнули, персонал запугали и вывезли. Даже графского имени не побоялись. А кто у нас могут быть такими смелыми? Только вы. Вот и колитесь, что происходит, а то я устал эти жалобы с утра вручную рвать, да в мусор выкидывать.

— А чего ж не спалил, раз не понравились? -усмехнулся начальник Тайной Канцелярии. Его, похоже, эта ситуация здорово веселила.

— Нельзя жечь. Все-таки граф писал, старался. Надо со всем уважением, лично, своими руками, так сказать. Ладно, ты мне зубы-то не заговаривай. Колитесь, разбойники, где нагрешили.

— Багрянина спасали, -выдохнула обреченно Ника.

— Багрянина? Погоди, это ж сын князя Мышкина? А зачем его спасать надо было? Нет, я слышал, что у них в семье не все ладно, но вроде до смертоубийства не доходило. Или изменилось чего?

— Изменилось, и многое.

— Ну, это понятно. Но зачем для его спасения понадобилось подключать агентов Тайной Канцелярии, я не пойму? Вроде не велика шишка, чтобы поднимать такую волну. Нет, мы помним заслуги его рода перед миром, но этот парень пока себя еще не проявил и как к этому относиться, пока не ясно.

— Боюсь, он единственный живой свидетель в деле о нападениях на магов и их убийствах.

— Даже так? Очень интересно. Требую подробностей. И начните с самого начала. Времени у меня немного есть, а истории интересные я люблю.

Через полчаса император Российский, Финляндский, Польский и прочее сидел в задумчивости, крутя перед собой бокал с легким вином. По его лицу ничего нельзя было понять, но вот близкие люди, уже выучившие его мимику, понимали, что он очень зол. Даже не так, он пребывает в ярости.

— Так, это дело на мой личный контроль. Докладывать каждый день. Багрянина под усиленную охрану — глаз не спускать. Метка деда на нем нонсенс, но не верить вам не могу. Значит, у него есть на Тимофея планы и, чую, быть нам битыми, если мы ему их сорвем.

Мышкина перевести в Тайную Канцелярию и разместить со всем комфортом. Но так, чтобы никто не знал об этом. Бросать тень на честь князя, если он невиновен, нельзя. Но я так понимаю, вы уверены, что именно он за этим стоит. Но если что, потом извинимся и выплатим виру. Подними все его связи, перетрясите еще раз поместье. Делайте все, что угодно, но найдите мне виновных! Черт, надо же, даже собственного сына не пожалел. Что ж он за отец-то такой?