— Сам всё сделаю, -прохрипел я внезапно пересохшим горлом. В голове я лихорадочно просчитывал варианты. Через его щит мне не пробиться — иглу он мне даст только одну. Полезу к поясу, сразу спалит и спеленает так, что пошевелиться не смогу. То есть, мне, чтобы его достать, надо пробить воздушный кокон, которым он меня окутает и возможный щит, который, опять-таки возможно окутывает его. Задача, не решаемая в моем текущем состоянии. Черт, и где эта Алгомская с ее «своих не бросаем»?! Ладно, будем работать с тем, что есть.
Предположим, я загоню иглу себе в сердце — на самом деле задача, чтобы при этом выжить, очень сложная, но если простимулировать точку Лао Гун на руке, это заставит сердце биться реже. И тогда даже уколов его, я сильно ему не наврежу. Легкий укол в руку он даже не заметит. Но это даст мне отсрочку буквально в секунд десять, не больше, а потом сокращение — и игла просто порвет сердечную мышцу.
И за эти десять секунд я его должен убедить, что мертв. И как он будет это проверять? Да просто возьмет и перекроет мне кислород в коконе. Живой бы из него с легкостью выбрался — кокон работает только на неподвижном человеке. Но если я двинусь, то состоится второй вариант — и моя голова встретится с раковиной, а этой встречи я точно не переживу. Думай, думай!
Так, а если не втыкать, а только изобразить действие. Удар в сторону сердца — и игла, проскальзывая, остается в руке. После этого начинаю дергаться будто в судорогах, кататься по полу, кокон спадает.Игла при этом будет острием наружу, даже хватку не придется менять, хотя, в процессе можно и из пояса успеть достать, потом бросок с эфиром, и все. Так его щит я точно пробью. Хорошо, похоже на план. Так и буду действовать, тем более, что у меня выбора нет.
— Готов? —спрашивает он, и меня окутывает прозрачная пленка. Руки свободны. На пол падает игла, вытащенная из перчатки. —Дернешься, и умрешь в муках, — тут же сообщает он, отходя от меня на пару шагов, становясь так, чтобы хорошо видеть, что я буду делать, но при этом делая мою предполагаемую атаку максимально неудобной. Встаю, держась рукой за стену, о нее же и оттолкнусь потом.
Глубокий вдох, выдох. Молитва богиням Веронике и Виктории, проклятья в сторону Хранителя и его сестры. Все, решение принято, короткий замах, вспышка эфира — и я падаю на пол, реалистично треснувшись головой. Можно было это проделать и сидя, но мне нужно было движение. Отталкиваюсь от стены, катаясь по полу и дергаясь в судорогах. Глаза закрыты, запах паленой одежды — пришлось потратить эфир, чтобы было реалистично. Чувствую, что кокон больше не давит, затихаю, смотрю вверх, не моргая, не дышу, не шевелюсь. Он осторожен, сначала просто пинок по ногам. Склоняется надо мной, вижу его лицо. Идиот и явно не профессионал. Я точно переоценил его возможности. Мои губы невольно дергаются в улыбке. Он заметил, пытается отшатнуться, но раздаётся едва слышный щелчок, игла точно входит в цель, пробивая глаз и входя в мозг.