Разговор отец начал, как говорится, за здравие. Рассказывал про величие рода Мышкиных, о том, какое положение мы занимаем и что нам есть куда расти. Тут же покаялся, посыпая голову пеплом, как мало уделял времени моему воспитанию, упомянул, что это не делает меня чужим, мы же семья и все такое... И плавно подошел к тому, что сейчас настали трудные времена, нужно помогать друг другу, несмотря ни на какие дрязги внутри рода.
Ведь дела сейчас идут хуже некуда — род владеет просто огромной сетью грузоперевозок. Автопарк насчитывает тысячи машин, наши филиалы разбросаны по всему миру.
Но тарифы на перевозки подняли, европейские филиалы закрываются один за другим, не выдерживая конкуренции. Машины стареют и автопарк давно не обновлялся. Но мы выстоим, надо лишь напрячься и грудью встретить удары судьбы. Ну, и конечно же, можно исправить ситуацию вливанием некоей суммы денег, дабы удержаться на плаву и задавить конкурентов. Поэтому он надеется на мое благоразумие и на то, что я, как мы с ним раньше и договаривались, передам управление деньгами рода Багряниных ему.
Я молча выслушал все, что он сказал, а после не выдержал и рассмеялся ему в лицо. Чертова огненная магия, что не позволила мне тогда сдержаться! В общем, я высказал ему все, что думаю о нем, его семье и о том, куда он может засунуть родовой бизнес. Мышкины от меня не получат ни копейки, и после достижения восемнадцати лет я покину их поместье с пожеланием всем им передохнуть в нищете. Я маг и после обретения наследства отправлюсь на Аштаэлию и буду жить там. Глядя в побагровевшее лицо отца, я развернулся и ушел, громко хлопнув дверью.
Глава 4
Как я сейчас понимаю, тот взрыв откровенности с моей стороны был большой ошибкой. После нашего с отцом разговора прошло еще пару дней. Меня демонстративно не замечали, вот только я нутром чувствовал приближающуюся грозу. Нужно было бы, наверное, затаиться, выждать, но бунтарский дух, проснувшийся во мне, требовал движений. Я убедил себя, что пару месяцев уж как-нибудь протяну и стану свободным.
Как раз наступил день рождения моей умершей мамы, о котором помнил только я. Стащив бутылку водки из кабинета отца, я напился, после чего сбежал из поместья на поиски приключений. Теперь-то мне кажется, что мне банально дали сбежать, но все мы сильны задним умом. Сбежал и сбежал, нарвался на магов, которые будто ждали меня, а в свете всего произошедшего позже я уже уверен, что ждали они именно меня.
Убивать меня, как я теперь понимаю, задачи не было. Достаточно было сделать калекой — пустым и навсегда привязать меня к Мышкиным, но что-то пошло не так. Я смог убить одного из нападавших, прежде чем меня проткнули этим чертовым клинком. Совершенно не ожидая, что предполагаемая жертва вдруг покажет зубы и даст достойный отпор, охваченные злостью, мои противники не рассчитали удар — и душа Тимофея отправилась на встречу со мной...