— Ай! Че за… Ты чего встал?

— Дом.

— Нихрена не понял, — раздраженно скрипнул зубами Болтун. — Какой, сука, дом? О чем ты вообще? Алекс, ты понимаешь, что он несет?

— Мы пришли, — терпеливо ответил японец и указал на темную громаду склада чуть вдалеке. Чтобы добраться до туда, нужно было пересечь еще две улицы. — Стунар восемнадцать.

Я огляделся по сторонам. Мы были в части района, из тех, что принято называть заброшками. Только тут не дом, а вся улица такая. Вокруг — ни души. Бомжи и те пропали.

— Ты уверен? — на всякий случай переспросил я. — Тут нет номеров.

— Номера — редкость, — лаконично ответил самурай. — И да. Я уверен.

— Он в этом дока, — согласно кивнул Болтун. — Хрен знает, сколько он тут жил. Не говорит. Верно, чувак?

Японец промолчал. Он все также смотрел на меня, ожидая команды. Быстро он принял нового лидера, а ведь я официально вдвое его младше.

Что ж. Глупо жаловаться. Мне так только удобнее.

— Тогда веди, — решил я. — Ты первый, мы за тобой.

Японец кивнул, поправил катану на поясе и кошачьим шагом шмыгнул в тень нависших над нами домов. Казалось, что он просто растворился в темноте.

Мы последовали за ним, правда получалось у нас в разы хуже. Это было ожидаемо. Я же медиум, а не какой-нибудь ассасин.

В мафии тебе не нужна скрытность. Пришел, расстрелял всех, кто оказывает сопротивление, забрал деньги, ушел. Элементарно.

С другой стороны, прятаться сейчас смысла не было. Уже почти десять часов, а вокруг нас — ни одной души. Так что это была скорее предосторожность, не более.

Что, впрочем, не мешало мне кривиться от каждого своего косяка.

— Фига он тебя слушается, конечно, — шепнул мне Болтун, когда мы, оглядываясь по сторонам, перебежали через первую улицу. До нужного нам здания оставалось метров сто. — Он только с Боссом себя так почтительно вел. Да и то, не всегда. Ах ты ж!

Парень вступил ногой в лужу и грязно выругался.

— Гребаная помойка! Как тут вообще можно жить? — прошипел он и снова повернулся ко мне. — Так что? Что думаешь?

Я уже давно понял, что этого парня можно заткнуть только закопав в гроб, потому слушал его вполуха. Этакий шум на фоне. Вроде бы есть, а вроде бы и не отвлекает. Так что парню пришлось дважды повторить вопрос, прежде чем я на него хоть как-то отреагировал.

— В смысле, что думаю? Говори нормально.

— Ну блин, — протянул Болтун и покосился на фигуру товарища впереди. — Почему он тебя так слушается-то?

Я пожал плечами.

— Понравилась моя речь?

— А то, — парня аж передернуло от воспоминаний. — Эти тени на стене, жуть. И ты в центре, на башке Символ. И еще холод жуткий. Че ты сделал такого?