— Понимаю, — сухо улыбнулось Эго, — думаю, что в таком случае Декамерон показался бы образцом пуританского аскетизма. Но хотелось бы знать, какой выход вы нашли из столь затруднительного положения.

— У меня есть только одна жена и мать моих детей, — ответил Серегин, — а все остальные — мои верные-женщины, это сестры, которых я люблю чисто братской любовью, и любому, кто причинит им зло, я натяну глаза на попу и заставлю моргать. Это же правило действует и в отношении бойца Кобры и бойца Птицы, хоть они и не являются моими Верными.

— Да, это так, — сказала Ника, — мы не лезем к Бате в постель и другим не советуем. Но сходи в своем новом теле на танцульки, оглянись там по сторонам — и ты увидишь, что тут полно мужчин равного ему достоинства, способных удовлетворить тебя и как женщину, и как человека…

— Я это поняла, — сказало Эго Бригитты. — Непонятно мне только, почему молчит товарищ Анна…

— А что тут говорить, — откликнулась я, — все уже сказано без меня. Могу только добавить, что для мага крайне важно иметь сбалансированную личную жизнь, ибо любое применение магии сушит наши души. Маг, у которого высохла душа, превращается в чудовище. Любовь — единственное средство от этой болезни, и мне хочется надеяться, что ты обретешь ее в самое ближайшее время.

— Я учту это предупреждение и отнесусь к нему со всей серьезностью, — сказало Эго. — Теперь у меня есть чувство, что в вашей организации я смогу позволить себе и личную жизнь, и любовь, потому что за это никто не ударит меня в спину. Теперь я хотела бы знать, что мне хочет сказать представитель того, кто, будучи всемогущим, всеблагим и всеведущим, допустил, чтобы его дети угнетали, насиловали, предавали и убивали друг друга. Один лишь Гитлер стоит того, чтобы сказать, что земные дети стали безразличны их Небесному Отцу. Вера в него в таком случае ранит значительно сильнее, чем неверие.

— Ты не права, Дочь Моя, — громыхающим голосом ответил отец Александр, — я дал вам, своим детям, частичку своей огненной души и свободу воли, после чего вам самим предстояло достичь истинного богоподобия. Изгоняя Адама из рая, я понимал, что иначе никак, ведь младенец вырос, и не помещался в колыбели. Но почему вы, имея право выбирать, часто поворачиваете свое лицо ко злу, а не к добру? Кем был бы Гитлер, если бы за ним не пошли миллионы немцев? Чтобы исправлять перекосы исторического развития, и служат такие люди, как Серегин. Он мой лучший сын, специальный исполнительный агент и беспощадный бич, карающий разных негодяев. Менять историю можно только руками людей, а иначе может получиться как с Моисеем. Я ему — скрижали с вечными истинами, а он мне в ответ — жесточайшую резню, когда кровь невинных потекла по земле рекой. Присоединяясь к команде Серегина, ты делаешь правильный выбор, и я за тебя очень рад, как рад за любого, кто встал на дорогу борьбы со злом.