Ипотеку выплачивать надо.
И если берешь ты сто тысяч — отдашь двести, такие уж у нас хорошие банковские условия, такие проценты… не миллионеры они, а пенсионеры.
Приняли решение.
Сына с женой оставили в родной квартире — тем более, там жена беременная, ребенка ждет. Купленную квартиру сдали жильцам. Сами перебрались также на съемную квартиру.
В чем выгода?
Да в том, что эту хибару сдают за смешные копейки. А вот их квартиру можно сдать дорого. Район хороший, планировка, ремонт…
Руки у дяди Андрея не просто из нужного места растут — они золотые. Опустись на Землю аварийный космический корабль, он и корабль починит. А уж мелкую бытовую технику — ему со всей улицы несут. И ремонт он делает легко и быстро.
Хотя — не бесплатно.
Яна считала, это справедливо.
На водку найдется, на мастера — нет?
Без ремонта проживешь!
Той же тете Кате дядя Андрей все ремонтировал бесплатно. То есть — даром. Яне тоже пытался, но девушка в долгу быть не привыкла.
Пятая и последняя квартира.
Ольга Петровна.
Безумная Активистка.
Рождаются же люди с моторчиком в попе и вечным митингом головного мозга — и сами нормально не живут, и никому жизни не дают. И не лечат их, вот что ужасно-то! Ей бы гидроэлектростанцией родиться — ан нет! Не повезло, человеком оказалась.
И началось…
Собирать подписи?
Ольга Петровна.
Деньги?
Ольга Петровна.
Бороться ЗА — Ольга Петровна.
Против? Опять Ольга Петровна… и так весь день.
Фигаро здесь, Фигаро там, а в результате — фигвам.
Муж активности не выдержал, удрал. Дети активности не выдержали. Удрали. Для верности — в другой город, но Ольга Петровна четыре раза в год туда летала. Наверное, это главное ее достоинство.
Остальное?
Тоже достоинства. И упаси вас Бог сказать нечто крамольное в радиусе километра от мадам-с. Загрызут.
С наслаждением.
Телефон пискнул.
Яна вытащила его из кармана и улыбнулась. На экране светилась смешная детская рожица с падающим на лоб чубчиком.
Ее малыш.
Гошка.
— Добрый вечер, солнышко мое.
— Мама, добрый вечер.
— Как у тебя прошел день?
— Я мультик смотрел про машинки.
— И как звали машинки?
Гошка пустился рассказывать о том, что видел сегодня на планшете. Яна слушала и улыбалась.
Ее сын.
Ее маленькое чудо.
Ее вина.
Порок сердца, так звучал диагноз Георгия. Приговор?
Нет. Не приговор, если у тебя есть руки, силы, есть возможности. Даже полностью сердце пересадить можно, если найдется донор, а уж операции…
Не бесплатно, увы.
Но ведь реально!
Сейчас ее малыш лежал в больнице. Яна все отдала бы, чтобы быть рядом с ним, но в реанимацию ее не допускали. Хорошо хоть планшет и телефон разрешили.