себя деть. Нет, сначала он попытался найти леди Кролину, чтобы просить ее составить ему компанию, но, увы, не преуспел. Да, может, и к лучшему. Все же не слишком пристойно звучало бы сие предложение. По сути, он же просит прекрасную даму провести с ним ночь. Да, смысл в эти слова вложен другой, но тем не менее! После Гунтер попробовал отыскать своего друга Хейгена, но тот тоже куда-то запропастился, даже шебутная леди Трень и та не знала, где он есть, как, впрочем, и его приятель Флоси. Впрочем, последний был пьян в лоскуты, и только что-то невнятное мычал из-под телеги, с недавнего времени ставшей ему домом. Под конец бедный рыцарь предложил одному приятелю подменить его на караульной службе, но и здесь получил отказ. То ли тому тоже некуда идти было, то ли снова начали в ордене гайки закручивать — поди пойми. И в результате все вышло как вышло. Фон Рихтер оказался в Эйгене, в каком-то небольшом кабачке, в компании кувшина вина, уже второго по счету. А теперь еще и вот странной девицы, которая заявляет, что он ей что-то должен. Да и ладно! Он согласен, что это так. Лишь бы не ощущать себя никому не нужным человеком. — Ты понимаешь, я тут одного недомерка-гоблина пнула, — вещала тем временем девица. — Не по злобе, на нем написано было, что, мол, если хороший пендель отвесить, то из этого уродца разное добро посыплется. Так и вышло! Фейерверк получила, красивый, кстати, в виде дракона, колпак новогодний пестрый, леденцов коробку. И еще письмо. Я его развернула, а оно как пшикнет! И клубы дыма повалили. Оказалось, это сюрприз такой. Кто данное письмо откроет, тот попал. — Куда попал? — уточнил рыцарь. — По жизни попал, — мрачно ответила ему девица. — В ней, если ты не знаешь, многое решает удача, а ее-то у меня и забрали. И если до конца новогодней ночи, точнее до первого луча солнца, она ко мне не вернется, то все, добра от этого года можно не ждать. Зато если смогу ее снова отыскать, то все сложится как надо, и даже еще лучше. Для того мне и нужен рыцарь. Так в условиях было сказано. Кому еще идти в замок злой колдуньи с прекрасной дамой, взывающей о помощи? Только ему, рыцарю. Правда, с удачей у меня теперь туговато, потому мне конкретно ты достался. Но тут уж ничего не поделаешь, что есть, то и есть. Ага, вот и пирог принесли! Сейчас я его съем, и мы отправимся мне помогать! — А что за колдунья? — уточнил фон Рихтер деловито. Он с радостью ощутил, что хмельной угар в голове развеялся, а привычная для воина дорог собранность и готовность к действию вернулась.