Это даже нельзя было назвать предательством в прямом смысле этого слова. Эта кучка высоколобых, заразившись снобизмом, решила вдруг показать всем вокруг их место. Наглядно пояснить, что без них, вся эта возня с перекрытием прорывов, не больше, чем стрельба из пушки по воробьям. Чем всё кончилось, известно. И вот теперь, эта перепуганная до мокрых штанов команда пыталась хоть как-то оправдаться перед таким страшным человеком, сидевшим за столом с пистолетом в руке.

— Дерьмо вы поганое, — выругался дракон, выслушав их излияния. — Без вот этих вот ребят, не было бы и всего вашего отдела. И открытий никаких бы не было. Это не они от вас зависят. Это вы живы, только потому, что они своими головами каждый день рискуют. Пошли вон! Решение по всей вашей команде будет принято отдельно.

Дежурная группа выползла из кабинета, и полковник, убрав оружие в стол, устало вздохнул:

— Всё. На покой пора. Такое дерьмо у себя под носом не углядел… Твою ж мать…

— Товарищ полковник, неужели и правда никто оттуда не возвращался?- тихо спросил Егор.

— На моей памяти, такого не было, — глухо отозвался дракон.

В кабинет осторожно вошли трое парней из службы внешней охраны и, ловко упаковав труп в пластиковый мешок, унесли его, быстро замыв следы крови. Пока они работали, сидевшие в кабинете не проронили ни слова, погрузившись в собственные мысли. Только когда дверь за утилизаторами закрылась, Даша вздохнула, и еле слышно произнесла:

— Но ведь скрам ещё жив. Значит, надежда ещё есть?

— Надежда всегда есть, — кивнул полковник, бросив быстрый взгляд на зверька. — И ты права, девочка. Скрам ещё жив. А без своего хозяина, он долго жить не может.

С этими словами, он развернулся и, достав из тумбочки конфету, протянул её зверьку. Едва учуяв запах так любимого им шоколада, пушистик пробежал по столу, ухватил угощение передними лапками, и ловко распотрошив обёртку, принялся с аппетитом его уничтожать. Внимательно наблюдая за ним, дракон чуть улыбнулся и заметно приободрившись, сказал:

— Во всяком случае, с аппетитом у него всё в порядке. В тот раз, скрам сразу отказался и от пищи, и от любого общения.

— И что это значит?- не поняла Настя.

— Чтоб я знал. Но очень хочется верить, что Стёпа жив, и он это чувствует.

— Через точку искажения пространства? Это какой же у него сканер должен быть?- не сдержал сарказма Егор.

— А что мы вообще обо всём этом знаем?- ответил ему дракон вопросом на вопрос. — Вон, стоят там, в приёмной, сопли на кулак наматывают. Вместо того чтобы делом заниматься, писюнами меряться задумали. Да и о зверьках этих, мы знаем меньше, чем о вчерашнем снеге. Но верить хочется в хорошее, хотя для человека на моей должности, это и не рекомендуется.