— Внимательно, — снова скривилась Наталья. — И скажу откровенно, за такую халтуру я бы гнала того умника с работы поганой метлой. Отделался общими фразами и успокоился.

— Для вдумчивой работы у него времени не было. Нас в бой бросили, чуть ли не раньше, чем оружие выдали, — решил восстановить справедливость Степан.

— Знаю. Но это не повод ТАК халтурить, — отрезала Наталья не терпящим возражения тоном.

— Вам виднее, — пожал Стёпа плечами.

— И всё-таки, откуда такая ненависть к нам?

— А дракон разве не сказал?

— От него дождёшься, — вздохнула психолог. — Быстрее по башке с ноги получишь.

— Вам ведь известно, что я ведун. Эта особенность проявлялась у меня с самого детства. Я по юности лет имел глупость признаться в этом матери и, получилось то, что получилось. Меня начали таскать по врачам, но ничего кроме неприятностей это мне не принесло. В итоге, я научился прятать свои способности. Это единственное, чем они смогли мне помочь. Но некоторые процедуры, заставили меня на всю жизнь возненавидеть всё, что связано с вашей работой.

— Вот уроды!- рыкнула Наталья, глотнув пива. — Но ведь я не хочу вам зла. Наоборот, я помочь хочу.

— В чём? По-вашему, у меня есть серьёзные проблемы с психикой? Или вы придерживаетесь мнения, что здоровых людей нет, есть только недообследованные?

— У вас проблема с доверием, — вздохнула психолог. — А после путешествия за грань, вас необходимо держать под постоянным контролем. Ведь никто не знает, как отреагирует ваше подсознание на подобный стресс.

— Никак, — неожиданно усмехнулся Степан.

— Откуда такая уверенность?

— Я умею принимать факты. А их было более чем достаточно.

— Простите, я не совсем вас поняла, — качнула Наталья головой.

— Всё просто. Можно сказать, что я был готов к чему-то подобному. А если ещё проще, то мне повезло. Сначала, столкновения со всякими иноземными хищниками. Потом, захват одного динозавра. Ну, и под конец, мой переход. То есть, я уже чётко знал, что подобная раса существует, что они не просто дикие звери, а вполне, пусть по-своему, цивилизованы, а значит, чем-нибудь это всё закончится. Во всяком случае, живьём меня не съедят.

— Хотите сказать, что успели морально подготовиться к происшествию?

— Да.

— Но откуда вы могли знать, что оно будет?

— А я и не знал. Попробую попроще. Однажды, в самом начале нашей работы в отделе, Егор сказал, что нам нужно практиковать философию самураев. Идя в бой, думай, что ты уже умер. Сначала, я принял это за шутку, а по трезвому размышлению понял, что он абсолютно прав. Психика обывателя не готова принять то, с чем мы здесь сталкиваемся, и не будь мы людьми с необычными способностями, работы бы вам было горы. Вот я и начал практиковать подобное отношение к жизни, одновременно готовясь к тому, что однажды меня найдут с перегрызенной глоткой. Или ещё чего похуже.