* * *

Ворвавшись в каюту Ники, я первым делом бросился к её подёргивающемуся тельцу и сразу же попытался заглянуть ей в глаза, одновременно с этим стараясь докричаться до неё.

— Ника, девочка моя, что с тобой? Держись, я сейчас отнесу тебя в медицинскую капсулу!

Ругар уже был здесь, и в мою голову ворвался его панический крик:

— Старший, я не понимаю, что с ней происходит!

— Не-е-е-т! — протяжно закричала девушка. — Нет! Они его убили, они его убили, твари, твари, ненавижу-у-у!

С моей подопечной явно творилось что-то невообразимое, её взгляд заволокло какой-то белёсой дымкой, а черты миловидного лица неуловимо исказились. В какой-то момент мне даже показалось, что я вижу на нем такие же чешуйки, какие появились у нее на теле, но на этот раз они светятся.

— Ника, успокойся, ничего не произошло, — зачастил я, пытаясь придумать, как ей помочь.

— Я всех вас убью, ублюдки! — заверещала девушка, и в этот момент меня настиг удар.

Поначалу мне показалось, он похож на предыдущий, что я почувствовал совсем недавно, когда Ника выбила бронированную дверь после того, как меня попытались при помощи оной заблокировать. Но дальше начало происходить вообще что-то невообразимое, мир словно разделился на несколько слоёв, и я стал видеть то, чего секунду назад здесь ещё не было. Какие-то энергетические линии, волны, невообразимая круговерть всего этого буйства захлестнула меня, девочку, Ругара, весь наш корабль, казалось, что весь космос сейчас открыт передо мной, причём он то сжимается до мельчайших размеров, то вновь расширяется. В моей многострадальной голове неистово заломило, и вот тут я по-настоящему испугался, потому что то, что происходило в данный момент, оказалось выше моего понимания. Тело Ники, ещё недавно конвульсивно дёргающееся на кровати, плавно оторвалось от неё и взлетело сантиметров на двадцать, а она всё кричала и кричала, причём этот вопль превратился во что-то нечленораздельное. Я попытался сделать шаг вперёд, чтобы схватить её, но меня тут же откинуло в переборку. Отчаянный рывок Ругара тоже не увенчался успехом, его приложило рядом со мной, а в моём разуме, который за мгновения разогнался, наверное, до миллиардов операций в секунду, попыталась выстроиться хоть какая-то рабочая модель противодействия данной ситуации, но я её, к сожалению, не находил. Мне удалось лишь вытянуть перед собой руки и, по всей вероятности, вовремя, потому что в следующую секунду я увидел своим новоприобретённым зрением внезапно появившуюся пульсацию ярко-оранжевого цвета, локализующуюся в области головы девушки. Мне удалось насчитать шесть вспышек, которые следовали по нарастающей, увеличивая интенсивность, и после каждой из них круговерть энергетических всполохов, видимых мною, дико искажалась. Седьмая же вспышка оказалась финальной, тело Ники отчаянно дёрнулось, и во все стороны устремилась волна, показавшаяся мне в тот момент чистой плазмой. Я ещё держал руки перед собой в инстинктивной попытке закрыться, очень уж, видимо, мне хотелось в этот момент выжить. И мне это удалось, волна натолкнулась на едва заметный мерцающий защитный купол, обогнула его и устремилась дальше, а в следующую секунду нас с практически распятым на переборке зверем настиг ещё один удар, тот, которого я предугадать не мог. Меня скрутило в дугу, а синтетическая кожа, созданная при помощи кремнийорганических наноботов, начала лопаться, брызнула искусственная кровь, и в этот момент закричал уже я. Закричал, потому что почувствовал, что ещё чуть-чуть, еще совсем немного, и я растворюсь в этом диком хаосе. Напрасно я думал, что мне плевать на собственную жизнь, нет, жить мне очень даже, оказывается, хочется, вернее, не так, мне не хочется так умирать.