— Марк Абрамович, никаких проблем ни с кем не будет, я за все отвечаю и все беру на себя, — Тима для убедительности даже приложил руку к сердцу: — это точно будет новая звезда, я вам гарантирую.

— Гарантирует он. Ты же не Госстрах, чтобы я верил твоим гарантиям, — бурчит себе под нос пузанчик, и требовательно смотрит на меня. — Как тебя хоть зовут, «звезда»?

— Юра, — спокойно с улыбкой возвращаю ему взгляд.

— У нас с тобой проблем не будет, Юра?

— Никаких, — лучезарно улыбаюсь и качаю головой. — Я умный мальчик.

— Под твою ответственность. Если что, спрошу с тебя по полной, — кидает Тиме пузан, и указывая на дверь в конце коридора, в которую только что вошел широкоплечий здоровяк, обращается ко мне. — Ладно, умный мальчик, там дальше по коридору раздевалка. Переодевайся и готовься. Твое выступление будет первым. Вы с Лосем пойдете на разогреве.

— Пронесло, — с облегчение говорит мне Тима. — Я боялся только этого момента, дальше все по плану. Иди, переодевайся, разминайся, сильно ничем не свети, просто грейся и тянись. Никто не должен знать, на что ты способен. Держись в раздевалке отстранено, ни с кем особо не болтай. Выступление будет в большом актовом зале на сцене. Там, наверное, уже народ собрался. Билет на мероприятие, между прочим, двести рубликов стоит, так что бедных людей здесь точно не будет.

* * *

Я зашел в большую, метров за сорок, комнату. Окна в ней были изнутри закрашены белой краской. Вдоль стены с окнами стояли длинные спортивные скамьи, а напротив, плотно сдвинутые друг другу обычные школьные парты. Видно, это и есть импровизированная раздевалка. В комнате уже было человек семь крепких мужиков, одетых кто во что. Кто-то стоял в одних белых штанах от кимоно наматывая на руки бинт, кто-то в полном кимоно тянулся в углу на шпагат. Крепкий сбитый парень лет двадцати пяти легко кидал удары по воздуху работая в углу бой с тенью. Крупный мужик, вошедший в комнату передо мной, стоя в одних плавках аккуратно складывал на скамейку вещи, в которых он пришел. В большой расстегнутой сумке, с которой он пришёл, видно было черное застиранное кимоно. При моем входе все повернули головы в направлении двери.

— Пацан, ты часом дверью не ошибся? — Обратился ко мне мускулистый парень на вид лет двадцати трех наматывавший бинты. — Здесь не цирк, а раздевалка для бойцов.

— Нет, не ошибся, — ставя свою сумку со спортивными вещами на пустое место на скамейке, отвечаю ему, — я и есть боец.

— Ты?

— Абрамыч, что, совсем рехнулся?

— Охуеть бля, боец!

Раздалось сразу несколько изумленных возгласов. Кто-то даже откровенно заржал.