Стройбаты в советское время были хозрасчетными организациями и работали по официальным договорам. Часть работ по ремонту выполнялась официально, а другая часть выполнялась мимо кассы и оплачивалась «черным налом». От такой схемы работы выигрывали все. Директор мог короткие сроки сделать более качественный ремонт для курируемой им школы. Кабоев — положить себе в карман крупную сумму денег, а солдаты вырваться из душной атмосферы воинской части и почувствовать относительную свободу.

Присланные на работу «духи» вместе с «черпаками» ночевали одном из освобожденных от парт классов школы, превращенном в некое подобие казармы. Трое «дедушек» расположились отдельно, с гораздо большими удобствами, в соседнем кабинете, выбрав себе самые лучшие из представленных на складе коек и забрав себе оттуда по два-три матраса. Кормили солдат и строителей тут же в школьной столовой. Местные повара, по сравнению с армейскими, готовили гораздо лучше, да и продукты здесь были качественней, потому что овощи доставлялись прямо с местных полей, а мясо с заводской фермы. «Черпаки» и «дедушки» и здесь старались урвать себе лучшие куски, но даже в этом случае, остальные солдаты питались весьма неплохо.

Трехэтажное здание школы, обнесенное забором из красного кирпича, располагалось в центре поселка неподалеку от центральной площади. Мы выгрузились из машины, с интересом оглядывая большой двор школы, заваленный стройматериалами и грудами строительного мусора. Судя по виду здания, до окончания работ было еще далеко, поэтому понятно, чего так волновался Приходько. Не знаю, то ли изначально были поставлены нереальные сроки завершения ремонта, то ли рабочие затянули, но, чтобы сдать объект вовремя, здесь нужно будет ударно потрудиться.

К моменту нашего прибытия рабочий день еще не закончился. Сквозь распахнутые настежь окна первого этажа, откуда-то из глубины школы, раздавался пронзительный визг циркулярки. Около открытых дверей стояла бетономешалка, рядом с ней поддон с мешками цемента, большой металлический бак с водой и второй бак поменьше с готовым раствором, откуда голый по пояс смуглый солдатик, одетый в грязные армейские штаны и пыльные кирзовые сапоги, накладывал совковой лопатой раствор в лежащие на земле носилки. Второй точно такой же голый по пояс смуглый солдат, в это время курил, с интересом рассматривая выгружающееся из тентованного грузовичка пополнение. Чуть дальше, на поддонах застеленных матрасами, а поверх одеялами, на подушках восседали трое таких же голых по пояс солдат постарше, которые подогнув под себя ноги по-турецки, с непередаваемым восточным достоинством пили чай. Они словно аксакалы невозмутимо смотрели на нас не делая никаких попыток подняться, или хоть как то отреагировать на наше появление.