Глава 11
Раннее утро. Солнце встало полтора часа назад, и еще довольно прохладно. Это для нас весьма кстати, заниматься физическими упражнениями в прохладе намного приятней. По пустынной в это время улице, бухая кирзачами по грунтовой дорожке проложенной вокруг школы, бегут чуть более тридцати молодых парней. Впереди бодро пылят Эдик и Рамазан. Они бегут легко и красиво, сразу видно, что спорт для них не просто слово, а образ жизни.
Немного позади лидеров держатся Карасев с Бергманом и Николай Терещенко, он тоже из нашей учебки. Ромка, кстати, большой молодец, за немногим больше чем три месяца, он очень здорово набрал в физической форме и его теперь реально не узнать. Бергман хоть и остался худым как щепка, но его тело окрепло, стало жилистым и привыкло к нагрузкам. Теперь Рому уже не нужно тащить под руки, чтобы он добрался до финиша, он прекрасно добежит сам, причем, будет чуть позади лидеров, да и в спортгородке Рома далеко не последний на силовой зарядке и в кроссфите. Вот что армия животворящая делает с тихим домашним мальчиком.
Дальше бегут остальные парни, приехавшие со мной из учебки. Среди них два новых лица — это Славик Гончаренко и Витас Бразаускас, те самые замученные парнишки европейской наружности, бросившиеся мне в глаза в первый день нашего приезда на строительный объект. Они буквально на второй день подошли ко мне и попросили разрешения перебраться к нам в спальню. Я не возражал, и с того времени, все командированные в поселок солдаты, поделились ровно на две части. В каждой по семнадцать человек. Таким образом, у нас в жилой зоне образовалась что-то вроде Евразии с разделением на «европейскую» и «азиатскую» части. В столовке за столы все садятся так же по этому негласному разделению.
В нашей — «европейской» спальне полный интернационал. Есть и русские, и парни с Северного Кавказа, и с Украины, есть литовец Бразаускас, и даже три парня из Средней Азии, во главе с Бердымухамедовым. Последние — это те кто попали сюда из учебки, но все они остались с нами, а не перешли в противоположный лагерь по национальному признаку. Это не может не радовать, значит наша модель армейского коллектива, где все решается по уставу, и никто никем не помыкает, для них оказалась более близкой, чем пресловутый национальный вопрос продвигаемый Абаевым и его корешами. А с другой стороны, что этим пацанам может предложить Абай? Стать «духами» на побегушках у старослужащих? Перспектива, честно говоря, так себе. А у нас в спальне полное равенство по бытовым вопросам.
Во второй — «азиатской» спальне подобрались только ребята из Средней Азии. Там сейчас собрались все: и «духи», и «черпаки», и «дедушки». Верховодят «азиатской» спальне по-прежнему трое «дедушек»: Абаев, Бабаев и Жасымов, или, если проще то: Абай, Бабай и Жос.